Красивая, энергичная и смелая. Опасное сочетание для любой женщины, но для куртизанки просто смертельно опасное. Он поморщился, пытаясь подавить в себе раздражение. Теперь ему предстояло укротить строптивицу. Она ослушалась его на глазах всего племени. Он должен будет наказать ее за это, иначе его сочтут мягкотелым и слабым. Черт возьми, по вине этой дамы ситуация заметно осложнилась. Если уже сейчас Аллегра чувствовала к нему отвращение, то как же она будет его ненавидеть, когда снова окажется в неволе!
Глава 11
Когда они ехали к лагерю, Шахин обнял ее покрепче. Она снова попыталась уклониться, когда он с силой прижал свои руки к ее талии. Хотя ее разум протестовал против этого, плоть таяла в его объятиях. О Господи, почему тело предавало ее?
Она едва не убежала. Марракеш означал для нее возвращение в Англию, возвращение к безопасной жизни, к привычному, хорошо знакомому укладу. В той жизни она всегда контролировала свои чувства и эмоции. Шахин разбудил в ней необузданные желания и тот животный голод, который не давал возможности контролировать ситуацию. Она стала уязвимой, чего раньше с ней никогда не случалось.
Аллегра всегда избегала безудержных страстей. Те мужчины, которых она приглашала в свою постель, получали удовольствие, сходили с ума от наслаждения. Она же никогда не бросалась с головой в бурный водоворот страстей. Поддаться чувству значило потерять сердце.
Но этот мужчина вынуждал ее подчиниться, и эта мысль пугала ее. Страх заставлял бежать как можно дальше от него. И ей почти удалось это. Она уже почти достигла безопасного пристанища, когда он вновь появился и отобрал у нее свободу.
Загорелые руки потянули за поводья и остановили лошадь, он тут же спешился. Чувствуя его неудовольствие, она спрыгнула на землю и встала около него. Он не смотрел на нее, но она почти физически ощущала исходящие от него флюиды гнева. Отступление было сейчас лучшей тактикой. Бросив взгляд на его шатер, она сделала шаг в его направлении. В это мгновение пальцы Шахина больно впились в ее плечо. Она вскрикнула от боли.
— Еще не все, дорогая. Мы не закончили кое-какие дела.
Хотя он говорил тихо, в его словах ощущалось негодование. По спине Аллегры пробежал холодок. Не говоря больше ни слова, он потащил ее в центр лагеря. Затем крикнул что-то на странной смеси берберского и французского языков. Из всего сказанного она поняла только пару слов: «непослушание» и «последствия».
Собравшиеся люди внимательно слушали, что он говорил. Когда они дошли до места, где разводили общинный костер, он опустился на большое бревно. Резко дернув Аллегру за руку, он положил ее к себе на колени и ударил по ягодицам. Аллегра была так удивлена, что в первую секунду даже не почувствовала боли. Она не могла понять, что происходит. Когда он ударил ее второй раз она уже успела прийти в себя и предприняла попытку вырваться из его рук. Он быстро пресек это и ударил ее опять.
— Пустите меня! — гневно закричала она.
— Не дергайтесь, беглянка. Вам от этого будет только хуже.
— Негодяй!
— Возможно. На моем месте другой человек высек бы вас хлыстом. — Его рука опустилась на ее ягодицы еще раз. — Все в лагере видели, что вы не подчинились мне, когда я велел вам слезть с Ахмара Джинна. Я не могу не наказать вас.
— Повинуются только тем, кто имеет власть. А я не ваша раба, — проговорила она сквозь стиснутые зубы.
На глаза у нее навернулись слезы.
Его наказание было не столько болезненным, сколько унизительным. Положение ухудшало то, что все это делалось прилюдно. Снова удар. Господи, как она ненавидела его! Она закрыла глаза, чтобы не видеть обращенных на нее взглядов. Ей хотелось, чтобы разверзлась земля и поглотила бы их всех. Она замолчала. Когда он наконец отпустил ее, она медленно встала на ноги.
Ее ногти с силой впились в его руки, она с трудом удерживала себя, чтобы не броситься на него и не выцарапать ему глаза. То, что произошло сейчас, было более унизительным, чем даже та сделка, которую он заключил с Нассаром. Хотя тот тоже наказывал ее, но это происходило не прилюдно, ничто не выходило за стены шатра.
Но здесь… Он отлупил ее на глазах у всего племени. И таким образом укреплял свой авторитет. Аллегра содрогнулась. Она могла стерпеть снисходительный тон леди Бледсоу, выдержать ее нападки и ненависть, но пережить этот позор была не в состоянии. Призвав на помощь все свое спокойствие, которое она могла найти внутри себя, Аллегра распрямила плечи и приподняла голову.