Мужчина, стоявший перед ней, не имел ничего общего с тем, кто сжимал ее в объятиях прошлой ночью и возносил к высотам страсти, о которых она даже не мечтала. На нее смотрел незнакомец, непроницаемый взгляд которого, как ей казалось, она начала понимать. Собравшись с духом, Аллегра облизнула пересохшие губы и постаралась не дрожать перед его леденящим взором.
— Почему ты отсылаешь меня? — спросила она дрогнувшим голосом.
— Потому что ты мне больше не нужна.
От жестокой резкости его ответа ее голова дернулась назад, как от удара. Внезапно ей стало трудно дышать. Не может быть, чтобы он так думал! Особенно после того, что их связывало. Тепло медленно вернулось к ее заледеневшим конечностям, и она выпрямилась в полный рост.
— Я тебе не верю.
— Дело твое, моя дорогая. Но это правда.
Пожав плечами, он отвернулся от нее и шагнул к столу, на котором были разложены географические карты. Разгладив одну из них, он принялся внимательно изучать нанесенную на нее схему, но Аллегра не поверила в его демонстративное равнодушие. Хотя выражение лица Шахина не изменилось, на его щеке билась жилка. Он явно пытался что-то скрыть. Она была уверена, что за его показной жестокостью что-то таится. Сожаление? Боль? Ее сердце гулко забилось. Нассар… Он готовится к схватке с ним и как шейх должен защитить своих людей. Защитить то, что считает своим.
Защитить ее.
Может, поэтому он послал за Чарлзом? Может, это и есть настоящая причина его внешней холодности? Может, поэтому он пытается убедить ее, что она безразлична ему и может возвращаться в Англию вместе с Чарлзом? Это было единственно возможное объяснение. Он опасается, что при нападении на лагерь подручные Нассара снова захватят ее. Что ж, с ней этот фокус не пройдет. Она не допустит, чтобы ее погрузили на корабль, как какой-то товар. Она огненная женщина и останется с ним. Она — его судьба.
— Я не поеду, — упрямо заявила она.
Шахин надменно выпрямился. Несмотря на показное спокойствие, его темные глаза потемнели от гнева.
— Видимо, я недостаточно ясно выразился, Аллегра, — презрительно обронил он. — Тебе нечего здесь делать.
— Здесь ты. Это все, что имеет значение.
С большей уверенностью, чем она чувствовала на самом деле, она шагнула вперед и притянула его голову к себе. Его тело поддалось, уступив ее нажиму. Это был знак, заставивший ее сердце воспарить в небеса. Но в следующую секунду сильные руки схватили ее за плечи и отстранили.
— Похоже, у тебя сложилось ошибочное впечатление, будто я хочу, чтобы ты осталась.
— Прошлой ночью ты именно этого хотел, — сердито отозвалась она.
Она права, несколько часов назад он выкрикивал ее имя в разгар занятий любовью, требовал ее страсти. Той самой, которую она таила от других любовников и радостно дарила ему. Он был единственным мужчиной, которому она отдалась самозабвенно и искренне, ничего не прося взамен. Немыслимо, что он больше не хочет ее. Она никогда бы не раскрыла ему свое сердце, не будь уверена, что ничем не рискует.
— Я не отрицаю, что у тебя есть чем привлечь мужчину, дорогая. — Он протянул руку и небрежно коснулся ее груди. — Но не путай похоть с привязанностью.
— Как ты смеешь стоять здесь и говорить мне, что прошлая ночь ничего для тебя не значит? — резко бросила она.
— Но это действительно так, дорогая.
Он отвернулся от нее и снова принялся изучать карты, разложенные на столе. Сердце Аллегры сжалось. Неправда! Эта ночь не прошла бесследно для них обоих. Она верила в это всем сердцем. Впившись ногтями в ладони, Аллегра покачала головой. Он лжет. Она не понимала, откуда это знает, но была уверена в этом. Возможно, все дело в напряжении, которое сковывало его фигуру. Или в том, как его тело откликнулось на ее поцелуй. Он мог отрицать все, что ему было угодно, но прошлая ночь, несомненно, была важна для него. Возмущенно фыркнув, Аллегра схватила его за локоть и повернула лицом к себе.
— Пожалуйста, не делай из меня дуру, Шахин. Я имею некоторый опыт и могу определить, когда мужчина питает ко мне чувства.
— Все чувства, которые я питаю к тебе, находятся ниже пояса.
Грубая реплика заставила ее резко втянуть воздух.