– М-мой отец влез в долги... он должен плохим людям, и Лео дал мне деньги, и еще... э... булочки, и мы ели их в саду, там были птицы и пруд с кои... А потом в стенах начали открываться какие-то круги, и он сказал идти налево, а сам с монахами пошел направо...
– Что здесь происходит?! – знакомый священник вышел из боковой двери и зашагал к нам с Библией в руке. – Это дом Божий! Вы не имеете права приносить сюда насилие!
– Молчи, – прорычал Лэй, не отводя взгляда от меня. – Заканчивай.
Но священник не отступил. Он подошел вплотную к Лэю и поднял Библию:
– Отступи, Сатана! Ибо сказано: Господу Богу твоему поклоняйся и Ему одному служи…
Лэй врезал ему такую пощечину, что тот отлетел назад и рухнул на пол. Звук удара разнесся под самым потолком. Аж у меня на щеке зазудело, поклясться могу, я почувствовала этот удар на себе.
Блин... Мне срочно надо сваливать отсюда.
Священник сидел на полу и в шоке смотрел на Лэя.
Библия выпала у него из рук.
Лэй снова вперил в меня взгляд:
– Как давно ты знаешь Лео?
– С-сегодня. Я встретила его сегодня.
– Когда?
Я прочистила горло и постаралась сосредоточиться:
– Я шла мимо парка Будды в Чайнатауне. Он сидел под деревом, медитировал. Остановил меня, с ним были какие-то ребята в синих монашеских одеждах...
– Сколько их было?
– Монахов?
– Да!
– Эм... – я попыталась вспомнить утро. – Четыре или пять монахов. И Сонг.
На лице Лэя что-то дрогнуло:
– Сонг?
Чен шагнул ближе:
– Этот человек сам сказал, что его зовут Сонг? Или ты услышала это от Лео?
– Сонг сам представился.
Почему-то Лэй и Чен переглянулись.
Да что тут происходит? Сонг обычно не говорит, как его зовут, или что? Кто-нибудь, объяснит. Это вообще важно? Я вам сейчас помогаю? Может, вы меня уже отпустите?
Парень с черно-седыми волосами все еще стоял у алтаря. Он поднял портфель и подошел ближе:
– Должно быть, это те деньги. Похоже, они принадлежат Хуану.
Они собираются забрать деньги.
Меня захлестнула тоска.
Ну все... я снова возвращаюсь к исходной точке.
Чен взял портфель и открыл его:
– Сколько Лео тебе дал?
– Семьдесят пять тысяч долларов, – я совсем поникла. – Я должна была помолиться за грехи Лео, а потом отнести деньги Датчу и Сноу.
– Интересно, – сказал Чен, захлопнул портфель, поднес ко мне… и протянул обратно. – А что ты собиралась делать после того, как отдашь им деньги?
Так... мне что, оставляют деньги?.. Или как это понимать?
Я тут же схватила портфель обратно и удивленно распахнула глаза:
– Я... э-эм... после того как убедилась бы, что мы с сестрами будет все в порядек из-за Датча, тогда...
Все уставились на меня.
Лихорадочно перебирая в голове хоть какой-то внятный ответ, я пожала плечами:
– Не знаю, что бы делала дальше. Наверное, приняла бы душ и налила себе что-нибудь выпить. Я просто…не думала, что смогу пережить весь ужас.
Они вернули мне деньги. Господи, охренеть! Спасибо тебе!
Чен повернулся к Лэю:
– Она – ключ к тому, чтобы найти Лео. Просто пока не ясно, как именно.
Похоже, я все-таки выберусь отсюда.
– Он явно считал ее важной, – произнес Лэй, внимательно глядя на меня. – Ты что-то не договариваешь.
Я крепче сжала портфель и пожала плечами:
– Я могу показать вам, где находится ресторан, где мы обедали.
– Мы уже были там, – ответил Лэй и подошел вплотную. Я ахнула и вскинула на него взгляд. Он стоял слишком близко. Так близко, что я ощущала жар его ярости и силу, исходящую от него.
Меня передернуло.
– Скажи мне, Моник, – прорычал Лэй, – что вы ели на обед?
– Утку с пельменями.
В одно мгновение он поднял руку к моей шее.
Я отпрянула, решив, что он собирается меня задушить.
Но вместо этого он схватил крест Лео и сорвал цепочку с моей шеи. Звенья разлетелись, часть упала на пол.
Я задрожала, но не сдвинулась с места.
Лэй посмотрел на медальон:
– Мой отец как-то узнал, что внутри есть трекер. Вот почему он надел его на нее.
– О, блин, – вырвалось у меня. – Там был трекер?
Что за хрень вообще происходит?..
Лэй посмотрел на меня:
– Что он сказал, когда дал тебе это?
Я коснулась своей обнаженной шеи:
– Лео велел мне носить крест, пока кто-нибудь не сорвет его с меня.
Чен тихо усмехнулся.
Лэй метнул в него взгляд.
Чен кашлянул и тут же прочистил горло.
Лэй положил крест в карман:
– Что еще он сказал?
– Лео был очень серьезен. Он просил ни в коем случае не снимать цепочку и не оставлять ее где-то.
Лэй нахмурился, провел рукой по волосам:
– Что еще?
– Вторая часть обещания, я должна была помолиться, чтобы его жертвы были приняты как искупление грехов.
Лэй зашипел:
– Жертвы?
В его глазах вспыхнула ярость.
Я инстинктивно сделала шаг назад.
Чен подошел к Лэю:
– Лео всегда любил цифру три. Он дал тебе третье обещание?
Я кивнула:
– Я должна назвать своего первенца в его честь.
На лице Лэя появилась тень недоумения:
– Что?
– Он сказал, что, как бы ни возражал мой муж, я обязана это сделать.
– Очень интересно, – пробормотал Чен, потер подбородок и отошел.
Никто больше не произнес ни слова.
Тем временем остальные мужчины усадили пожилых женщин на скамьи рядом с монахиней. Священник по-прежнему сидел на полу, притихший и смиренный, возле своей Библии.
Чен мерил шагами пространство перед алтарем. Каждые пару шагов он снова тер подбородок, обдумывая что-то.
Парень с серебристо-черными волосами облокотился на ограду для причастия и все это время не сводил с меня глаз, медленно вращая нож в руке.
Лэй тоже продолжал смотреть прямо на меня. Быть в центре его внимания было пугающе. Если он не стесняется врезать священнику, то уж со мной точно не станет церемониться.
– Были ли моменты, когда Лео терял спокойствие? – спросил Лэй.
Я приподняла брови:
– Ну… в основном он был спокоен. Только один раз, он резко поставил чашку на стол.
Чен остановился, поднял голову:
– Почему?
– Я как раз сказала, что если не отдам деньги Датчу и Сноу, они собираются заставить меня и моих младших сестер заняться проституцией.
На полу священник ахнул от ужаса.
– Вот оно! – Чен, явно возбужденный, шагнул ближе. – Где сейчас Датч и Сноу?
Полностью сбитая с толку, я пробормотала:
– В их штабе, пентхаус в отеле и казино «Виктори».
Лэй резко развернулся:
– Уходим.
За ним последовал Чен.
Мужчины, что охраняли скамьи, тоже бросили монахиню с женщинами и поспешили следом.
Бедная монахиня тяжело вздохнула.
Ну… вот и все… вроде бы.
Я бы попрощалась, но не хотелось, чтобы кто-то из них лишний раз запомнил меня.
Счастливого пути, психи. Наслаждайтесь поездкой.
Парень с черно-седыми волосами отошел от ограды для причастия. Крутя в руках нож, он насвистывал себе под нос и остановился рядом со мной:
– Чего стоишь?
– О, – я натянуто улыбнулась. – Просто не хотела мешать вам всем выходить.
– Ты идешь с нами.
Я ткнула пальцем в грудь:
– Я?
Он молча убрал нож в кобуру на плече рядом с серебристым пистолетом.
Что вообще сегодня с этими вооруженными мужиками и их страстью лезть ко мне?
– У меня куча дел, – сказала я, протягивая руку. – Я могу просто дать вам адрес.
Он лишь мрачно указал на дверь.
Ну вот, опять.
Я крепко прижала к себе портфель и пошла вперед.
Похоже, сегодня Всемирный день «Похитим Мони»! Мне хотя бы кусочек тортика дадут? Или, может, подарок?!
Он поравнялся со мной, насвистывая себе под нос, и пошел рядом в том же темпе.
Может, мне удастся... как-то наладить контакт с этим парнем? Ну, как с Лео.