Официанты пытались вручить нам бокалы с шампанским.
Чен отмахнулся.
– Мне не стоило позволять тебе тогда сбегать, – нахмурился Дак. – Клянусь, я это исправлю.
– Тебе нечего исправлять, – тихо сказала я. – На самом деле, Дак, все, что ты действительно должен сделать, это объяснить мне, закручен у тебя член или нет.
Лэй резко остановился.
Мы с Даком одновременно уставились на него.
Лэй нахмурился, глядя на Дака:
– Что?
Ой. Он подслушивал?..
Мы оба промолчали.
Лэй прищурился:
– С какого хрена Моник вообще решила, что у тебя закрученный член? И когда, блядь, у вас был такой разговор?
– Она спросила, почему меня зовут Дак, – спокойно ответил тот.
Чен покачал головой:
– Ты мог бы нормально объяснить, что ты помешан на утках, потому что у них пенисы в виде штопора, такие закрученные. И что в детстве ты так часто об этом трындел, что мы в итоге и стали звать тебя Даком.
Дак пожал плечами:
– Ну... я это примерно так и объяснил.
Я скептически на него посмотрела:
– На самом деле, совсем нет.
Лэй вздохнул и потянул меня дальше:
– Прекрати обсуждать с ней члены.
– Постараюсь, – усмехнулся Дак. – Но ничего не обещаю.
Чен снова догнал Лэя:
– Итак, наш этаж – восьмой.
Я тут же напряглась:
– О нет.
Не сбавляя шага, все повернули на меня головы.
– Восемь – счастливое число, – заметил Чен, бросив на меня взгляд. – А нам сейчас нужно все везение, какое только можно собрать. Но, Моник, что-то не так с восьмым этажом?
– Ну... – я замялась, – вы, может, и сочтете меня сумасшедшей, но в Глори все знают: на восьмом этаже живет призрак.
Лэй пожал плечами:
– Я не против призраков. Не трогаешь их, и они тебя не трогают.
Чен остановился у лифта и нажал кнопку вызова:
– Тем не менее, о таком стоит знать заранее.
– В начале 1900-х одна богатая семья выкупила весь отель, – начала я, – потому что их дочь должна была выйти замуж в бальном зале Royal Palm.
Двери лифта распахнулись.
Мы все вошли внутрь – Лэй, Чен, Дак, трое других мужчин и я.
Как только двери закрылись и кабина поехала вверх, все повернулись ко мне, даже эти трое в синих костюмах.
Я прочистила горло:
– Семья невесты остановилась на восьмом этаже. Семья жениха – на девятом.
Чен пожал плечами:
– Пока звучит вполне нормально.
– Вечером, накануне свадьбы, невеста не могла уснуть – нервы. И решила прогуляться по коридору. Но вдруг услышала стоны, доносившиеся с лестницы.
Лэй удивленно поднял бровь:
– Стоны?
Я кивнула:
– Любопытство взяло верх. Она решила посмотреть, кто там трахается на лестнице. И к своему ужасу обнаружила, что ее жених шпилит... ее мать.
Чен поправил узел галстука:
– Вот это да.
Дак ухмыльнулся:
– Видимо, у нее была очень горячая мамаша.
– В общем, она кинулась обратно в номер, схватила нож...
– Чую, хорошей концовкой тут и не пахнет, – протянул Дак и тихо присвистнул.
– Тише, – рявкнул Лэй и снова посмотрел на меня:
– Невеста убила жениха?
– И мать заодно, – кивнула я. – Изрезала их в клочья, а потом писала "Я согласна" их кровью на стенах... снова и снова. Мама говорила, что, скорее всего, она уже тогда была не совсем в себе.
Чен поморщился:
– Без сомнений.
– А потом, ровно в полночь, она вернулась в свой номер, надела свадебное платье, вышла на балкон... и бросилась вниз.
Все тут же отвернулись к дверям лифта – все, кроме Лэя.
Он продолжал смотреть только на меня:
– И с тех пор она бродит по восьмому этажу?
– Да. Люди рассказывали, что видели призрак в свадебном платье, с лицом, скрытым под длинной фатой, и окровавленным ножом в руке.
Чен нахмурился:
– И что она делает?
– Иногда спрашивает, не видели ли они Джона. А иногда кидается за людьми с криками: "Изменник! Изменник!"
Лэй равнодушно пожал плечами:
– Ничего страшного.
– Ничего страшного?! Но это же призрак!
– Вот попробуй погулять среди сотен злых призраков, которые вечно бродят у озера, где лежат их затопленные могилы, – усмехнулся Лэй.
– Вот это по-настоящему страшно.
– Ты сейчас про Озеро Грез? – спросила я.
– Да, – кивнул Лэй.
Я раскрыла рот от удивления:
– Ты бывал у Озера Грез ночью?!
– Много раз, – спокойно ответил он.
– И вопреки моим приказам, – добавил Чен. – Просто Лэю повезло, призраки его любят.
– Мои предки не сделали им ничего плохого, – пожал плечами Лэй. – Так что мне бояться нечего.
– Но это же призраки... – я подозрительно посмотрела на него. – Разве тебе не страшно?
– Совсем нет.
Я, впечатленная, придвинулась к нему ближе:
– Тогда... я тоже не буду бояться невесту... если вдруг ее встречу.
Лифт остановился.
Двери открылись.
Что. За. Хрень?
В коридоре перед нами стояли как минимум двадцать женщин, на шпильках, в красном кружевном белье, с длинными черными париками.
Я не понимала, куда мы попали – то ли на съезд моделей Victoria’s Secret, то ли на чемпионат экзотических танцовщиц.
Ах…Что вообще сегодня творится?!
Лэй недовольно застонал:
– Что они тут делают?
Он их знает?
– Прости, Лэй, – кашлянув, сказал Чен. – Забыл упомянуть. Тетя Мин привезла и твое гаремное сборище.
Я в шоке повернулась к нему:
– Гарем?
Глава 14
Только руки и ноги
Лэй
Я хотел, чтобы все от меня отстали. Все, кроме Моник.
Остальные могли катиться куда угодно.
Передо мной выстроился мой гарем, богато одетый и увешанный побрякушками. Красотки одна краше другой: разные оттенки кожи, разные фигуры. Высокие и миниатюрные, пышные и тонкие. Волосы у всех тоже были свои, кто-то носил длинные волны, кто-то короткие упругие кудри. Были тугие косички, афро, хвосты, замысловатые прически.
Одежда – тоже на любой вкус, кто-то любил шелк, кто-то кружево, многие выбирали атлас. Но цвет всегда был один – какой-нибудь оттенок синего: от кобальта до бирюзы, от сапфира до спелой ягоды.
Но сегодня они все выглядели одинаково, длинные черные парики и алое кружевное белье.
Они что, опять строят из себя Шанель? Я же уже сто раз говорил им завязать.
Во мне поднялась ярость.
Я вышел из лифта и с презрением окинул их взглядом:
– Убирайтесь!
Они тут же разбежались кто куда, кое-кто даже завизжал. Но Главная Наложница осталась стоять на месте. Мин Юй – первая женщина, которую отец назначил мне.
К восемнадцати годам весь Парадайз-Сити, мать его, знал, что я влюблен в Шанель. Только вот сама Шанель, похоже, об этом даже не догадывалась.
Тем временем мои родители вмешались, будто это было срочное дело, и начали подбирать для меня женщин, которые, по их мнению, больше подходили для того, чтобы стоять рядом со мной. Так началась эта дурацкая история с гаремом.
Мин Юй была воплощением всего того, что они считали правильным для женщины Востока. Ее отец, Гуань, служил Красным Полюсом у моего отца – командующим войсками. Когда начиналась война, именно он отвечал за всю оборону и наступление.
Мин Юй была его четвертой дочерью. А так как в семьях Восточного Парадайза девочек особо не держали в почете, то для Гуаня ее высокое положение в моем гареме казалось достаточной честью.
Для меня же вся эта работа казалась отвратительной и унизительной. Мне не требовалось, чтобы кто-то обслуживал мой член, но отец стоял на своем, Мин Юй должна была оставаться при мне. А потом он стал добавлять все новых и новых женщин.
Я мрачно уставился на Мин Юй.
Одеваться как Шанель? Почему она решила, что это уместно?
Глупый парик скрывал ее длинные черные волосы. А этот красный кружевной боди, больше похожий на тряпку, выглядел чертовски вульгарно рядом с ее привычным нарядом – синим атласным платьем.