– Этот сон должен был быть только о тебе, – пробормотал я.
– А мне кажется, теперь он будет о нас.
Тем временем Моник, словно заскучав от нашего разговора, неспешно отошла в сторону.
Шаг за шагом она приблизилась к потоку воды и золота, льющемуся из душа.
– Это просто магия, – прошептала она, затаив дыхание.
Шанель улыбнулась ей и, скользнув взглядом на меня, усмехнулась:
– Лэй, перестань быть таким занудой.
– Я не зануда, – пробормотал я.
– Здесь ты можешь делать что захочешь, – Шанель обвела рукой сверкающие звезды вокруг нас. – Вернуть меня к жизни... или даже получить то, о чем никогда бы не подумал в реальности.
Я наклонил голову набок:
– Например?
Шанель сделала шаг ко мне, ее голос стал мягким:
– В этом сне нет ни ревности, ни замешательства. Только теплая, невыразимая связь между нами тремя.
Она ткнула в меня пальцем:
– Это твой разум, Лэй.
– Нет, – прошептал я, чувствуя, как сжимаются пальцы.
– Веселись, Лэй.
Я прикусил нижнюю губу и вновь посмотрел на Моник.
Вода и золотистые капли стекали по ее роскошному телу. Желание бешено колотилось в груди.
Шанель перевела взгляд на Моник:
– Думаешь, она заменит меня?
Я моргнул:
– Никогда. Я... я буду любить тебя всегда. Пожалуйста, даже не думай об этом.
Шанель улыбнулась печально:
– И все же... она здесь.
– Я не знаю почему, – выдохнул я.
– Какая-то часть тебя сама захотела ее здесь, – сказала Шанель.
– Я видел ее в душе... перед тем, как уснуть.
– И тебе понравилось? – голос ее был почти насмешливым.
Я стиснул зубы.
– Бедняжка Лэй, – протянула Шанель, лениво направляясь к Моник, покачивая округлыми бедрами. – Ты всегда был альфой во многом. Мастер меча, без промаха стреляешь, твои руки – сами по себе оружие. Но когда дело доходит до женщин...
Я нахмурился.
– Ты уже не такой альфа, – усмехнулась Шанель, останавливаясь рядом с Моник.
Золотые капли воды попали на ее кожу, заставив ее сиять еще ярче.
В груди у меня что-то сжалось от желания:
– Что ты делаешь?
Моник повернулась к ней, улыбаясь:
– Это потрясающе.
– Да, – мягко ответила Шанель, проводя пальцами по гладкой голове Моник. – Но ты прекраснее.
Моник покраснела и отвела глаза.
– Не отводи взгляд, – мягко сказала Шанель и, коснувшись ее подбородка, снова повернула ее лицо к себе. – Как мой Лэй тебя нашел?
Сердце забилось в груди с такой силой, будто хотело вырваться наружу.
Моник усмехнулась:
– Это длинная история.
– Уверена, что так и есть, – Шанель провела пальцами по высоким скулам Моник. – Ты собираешься заботиться о моем Лэе?
Моник посмотрела на меня:
– Если он позволит.
– Он позволит, – улыбнулась Шанель.
А потом, медленно наклонившись, прижалась губами к губам Моник.
Я расширил глаза.
Моник вздрогнула от неожиданного прикосновения, но через мгновение растворилась в поцелуе, закрыла глаза и, будто тая, прижалась к Шанель.
Какого черта?
Мое тело взорвалось жаждой. Член болезненно ныл от напряжения.
Я провел рукой по волосам, стараясь выглядеть спокойным, хотя внутри меня бушевал настоящий пожар.
Шанель, с хитрой улыбкой, отстранилась и повернулась ко мне:
– Ну что скажешь, Лэй?
Кожа запылала, будто я стоял под палящим солнцем.
– Нам стоит остановиться, – выдавил я.
Шанель рассмеялась:
– Ты же позволяешь своему гарему вытворять такое у тебя на глазах.
– Это другое, Шанель, – пробормотал я.
– Почему же? – Шанель посмотрела на Моник. – Ты боишься ее испортить?
– Вы обе не мой гарем.
Шанель снова наклонилась к Моник, едва коснувшись ее губ, а потом скользнула языком внутрь.
Моник тихо ахнула.
Из глубины моей груди вырвался сдавленный стон.
Потоки воды и золота омывали их тела.
Загипнотизированный этим зрелищем, я просто стоял и жадно впитывал каждую деталь, не в силах отвести взгляд.Капли воды цеплялись за их ресницы и стекали по щекам.
Они были такими разными, и при этом одинаково завораживающими. Шанель – с ее огненным духом и дикостью. Моник – с ее тихой силой и умиротворяющей нежностью.
Они продолжали целоваться, страстно, жадно, пока вода и золотые капли стекали по их обнаженным телам.
Мягкие изгибы, манящие губы... Тонкие пальцы скользили по коже друг друга,исследовали, ласкали, наслаждались каждым миллиметром.
Святое дерьмо.
Жар смешался с паром, клубясь в густом тумане вокруг нас.
– Это вообще реально?.. – выдохнул я, не в силах оторвать взгляд от их переплетенных тел.
Мое дыхание участилось. Огонь, который вспыхнул в груди при виде их сцепленных губ и обнаженных тел, уже ничто не могло потушить – ни вода, ни разум.
Мой член напрягся и затвердел, когда губы Шанель скользнули от рта Моник к ее шее. Шанель нежно припала к изогнутой линии шеи и начала посасывать тонкую, нежную кожу.
– Ох, – Моник вздрогнула.
Шанель высунула язык и провела влажную дорожку от шеи вниз, к ее округлым грудям. Там она принялась посасывать и ласкать их, сжимая пальцами упругую плоть.
Мое тело задрожало от нарастающего возбуждения. Я облизал губы.
Шанель провела кончиком языка по темным соскам Моник, заставляя их напрячься и задраться вверх.
– Черт возьми... – прошептал я, едва справляясь с бешеным голодом. – Блядь.
Я больше не мог оставаться на месте. Если бы я не прикоснулся к ним прямо сейчас, меня бы просто разорвало к черту. Не теряя ни секунды, я сократил расстояние, мой налитый член указывал путь, словно сам вел меня вперед.
К моему удивлению, Шанель и Моник отстранились друг от друга и повернулись ко мне. Их глаза горели желанием.
Шанель усмехнулась:
– Просто признай это, Лэй.
– Признать что? – хрипло спросил я.
Моник протянула руки и провела пальцами по моей груди:
– Признай, что хочешь нас обеих.
Вода брызгала вокруг, стекая по нашим телам.
Я вздрогнул от удовольствия:
– Черт возьми, да. Признаю.
Шанель тоже начала ласкать меня.
Каждая клетка тела вспыхнула, будто взорвалась изнутри.
Обе вместе опустили руки ниже , и начали поглаживать мой стоящий член.
Я даже не мог моргнуть, боясь упустить хоть мгновение.
Дыхание стало тяжелым, рваным.
– Да ч-черт... – выдохнул я, едва справляясь с речью.
Моник склонилась ко мне и прижалась губами к моим. На вкус она была сладкой и одновременно порочной, ее прикосновения были мягкими, и при этом ударяли в самую душу.
Пока Шанель продолжала медленно поглаживать и дразнить мой налитый член, я обхватил Моник за талию. Ее тело прильнуло ко мне всем своим теплым, нежным совершенством. Я застонал, теряясь в этом ощущении.
Вокруг нас клубился пар.
Теплая вода и золотые капли стекали по обнаженным телам, гипнотизируя и опьяняя.
В тот момент были только мы трое – Шанель, Моник и я.
Я оторвался от губ Моник и вдруг оказался зажатым между двумя влажными, скользкими, мягкими телами. Шанель терлась своими сосками о мою спину, сводя меня с ума.
Я уже не знал, кого хочу трахнуть первым.
В голове промелькнула отчаянная мысль: черт, хоть бы было два члена.
Но прежде чем я успел что-то сказать, Моник запрыгнула на меня, обхватила бедрами мою талию и начала тереться своей мокрой киской о основание моего члена. Головка пульсировала от того, как ее скользкая плоть ласкала меня.
Я крепко обхватил ее, чтобы не уронить:
– Ты хочешь этот член?
Моник заскулила:
– Пожалуйста...
– Да, Лэй, – подхватила Шанель, подбираясь ближе и наблюдая за нами. – Ты всегда трахаешь меня в своих мыслях. Сегодня – начни с нее.
Я посмотрел на Шанель:
– Ты уверена?
– Пожалуйста, – выдохнула Моник.
Не дождавшись моего ответа, она начала опускаться на мой член.
Я застонал, чувствуя, как мой стояк упирается в тугое, горячее отверстие ее киски.