Линк уселся за стол напротив меня с самым огромным молочным коктейлем, который я когда-либо видел. Пластиковый стакан венчала невероятных размеров розочка из мороженого:
— У Шарлотты определенно есть потенциал, — Линк ухватился за соломинку.
Даже сладкий запах коктейля вызывал у меня тошноту. Казалось, что духота, пот, мухи и всевозможные Эмили и Эмори наступают и давят со всех сторон.
— Здесь Лены нет. Нам лучше уехать, — я не мог здесь сидеть, как будто ничего не произошло. Линк же наоборот, был в полном порядке, что бы ни происходило.
— Расслабься. Я его уничтожу за пять минут.
Мимо прошла Иден за новой порцией диетической колы. Она улыбнулась нам привычной фальшивой улыбкой:
— Что за чудесная парочка. Видишь, Итан, тебе не нужно было тратить свое время на эту мелкую уничтожительницу шин и разрушительницу окон. Вы с Линком просто голубки, созданные друг для друга.
— Она не трогала твои шины, Иден, — я знал, чем это все закончится для Лены. Мне нужно было заткнуть их, пока в дело не вступили их мамаши.
— Точно не она. Это был я, — сказал Линк с набитым ртом. — Хотя Лена безумно расстроилась, что эта мысль не пришла ей в голову первой, — он никогда не упустит шанса поддразнить команду поддержки. Для них Лена была сродни заезженной шутки — смешно уже никому не было, но остановиться они не могли. Это, наверное, присуще всем маленьким городкам. Никто никогда не изменит о тебе мнение, даже если ты сам изменишься. И даже когда Лена станет старой бабушкой, для них она так и останется сумасшедшей девчонкой, разбившей окно в кабинете английского. Учитывая, что большинство моих одноклассников по урокам английского так и будут жить в Гатлине.
Но не я. Особенно если все будет продолжаться в том же духе. Я впервые, с тех пор как встретил Лену, снова задумался о том, чтобы сбежать из Гатлина. Коробка с брошюрами разных колледжей так до сих пор и пылилась под моей кроватью. Пока у меня была Лена, я не считал дни до своего шанса вырваться отсюда.
— Приве-ет. А это кто у нас? — голос Иден был нарочито громким.
Я услышал звонок колокольчика, висевшего на двери Дар-и Кин, когда та закрылась. Ситуация походила на момент из фильма Клинта Иствуда, когда главный герой, предварительно перестреляв весь город, чинно входит в салун. Все девчонки разом обернулись, взмахнув засаленными конскими хвостами.
— Понятия не имею, но намереваюсь узнать, как можно скорее, — промурлыкала Эмили, подойдя к Иден.
— Никогда его раньше не видела. А ты? — Саванна явно мысленно пролистывала выпускной альбом.
— Никогда. Я б такого не упустила, — бедный парень. Эмили уже нарисовала на нем мишень, прицелилась и взвела курок. У него не было ни шанса, кем бы он ни был. Я обернулся, посмотреть на того, кого будут мутузить Эрл и Эмори, когда до них дойдет, что их девушки испепеляют его взглядом.
Он стоял в проходе в черной выцветшей футболке, джинсах и поцарапанных армейских бутсах. Царапины со своего места я рассмотреть не мог, но уверен, что они там были. Потому что одет он был так же, как и на похоронах Мэйкона, когда я видел его в последний раз.
Незнакомец, инкуб, который на самом деле инкубом не был. Дневной инкуб. Я вспомнил серебряного воробья, зажатого в ладони Лены, спящей в моей комнате.
Что он тут делает?
Черная татуировка с этническим рисунком, обвивающая его руку, показалась мне знакомой, как будто я ее где-то уже видел. Я почувствовал лезвие в своем животе, и невольно тронул шрам. Он пульсировал.
Саванна и Эмили шагали к кассе, пытаясь вести себя так, словно они просто решили заказать себе что-нибудь еще, как будто они здесь покупали что-то кроме диетической колы.
— Кто это? — Линк в гонках за юбками не участвовал, в последнее время шансов на выигрыш у него не было.
— Понятия не имею, но он был на похоронах Мэйкона.
Линк уставился на него:
— Он один из чудаковатых родственников Лены?
— Я не знаю, кто он, но он точно не родственник Лены, — хотя, он же приехал на похороны, чтобы почтить память Мэйкона. И все-таки что-то в нем было не так. Я чувствовал это еще с первого раза, когда его увидел.
Я снова услышал звонок закрывающейся двери.
— Эй, Ангельская Мордашка, погоди.
Я замер. Этот голос я узнаю где угодно. Линк тоже уперся взглядом в дверь. Он выглядел так, будто увидел приведение, или хуже…
Ридли.
Темная кузина Лены, как и прежде, была опасна, горяча и едва одета, а принимая во внимание, что сейчас было лето, одежды на ней было и того меньше. На ней был надет плотно-облегающий кружевной топ и коротенькая черная юбочка, которая будет впору разве что десятилетней. Ее ноги выглядели еще длиннее, обутые в босоножки на таких высоких шпильках, что их хватило бы, чтобы заколоть вампира. Теперь челюсти отвисли не только у девчонок. Почти вся школа была на зимнем балу, когда Ридли разнесла все вокруг, и при этом выглядела привлекательней, чем любая другая девушка, за исключением одной.
Ридли облокотилась на стену и потянулась, вытягивая руки над головой, как будто мы разбудили ее от долгого сна. Переплетя пальцы, она вытянулась еще выше, оголяя свой живот сверх меры и выставляя напоказ черную татуировку вокруг пупка. Ее татуировка была очень похожа на татуировку на руке ее друга. Ридли прошептала ему что-то на ухо.
— Мать твою, она тут, — до Линка медленно доходила реальность. Он не видел Ридли со дня рождения Лены, когда он отговорил ее не убивать моего отца. Пусть он ее не видел, думать о ней он не перестал. А если судить по его последним песням, то становилось ясно, что думал он о ней очень часто. — Она с этим парнем? Как ты думаешь, он, ну, такой же, как она? — Темный маг. Он не мог произнести этого вслух.
— Сомневаюсь. У него глаза не желтые, — но что-то в нем все-таки было. Я просто понять не мог что.
— Они идут прямо сюда, — Линк уставился на свой коктейль, а Ридли заметила нас.
— Надо же, вот парочка моих любимчиков. Не ожидала с вами встретиться. Мы с Джоном умираем от жажды, — Ридли перекинула свои розово-белые пряди за спину и уселась за столик, напротив нашего, приглашая жестом парня сесть рядом.
Он не сел.
— Джон Брид, — представился он так, словно это было целиком одно имя, глядя прямо на меня. Его глаза были зелеными, как раньше были у Лены. Что Светлый маг делает вместе с Ридли?
Ридли улыбнулась ему:
— Это Ленин, ну ты помнишь, тот, о котором я тебе рассказывала, — она махнула в мою сторону своими пальчиками с фиолетовыми ногтями.
— Я парень Лены, Итан.
Джон смутился, но только на секунду. Он был такого типа парнем, которые всегда выглядят так расслабленно, как будто все так или иначе будет, как они захотят:
— Лена никогда не говорила, что у нее есть парень.
Каждый мускул моего тела напрягся. Он знал Лену, но я с ним знаком не был. Он видел ее после похорон, по крайней мере, разговаривал. Когда это было, и почему она мне не сказала?
— Откуда именно ты знаешь мою девушку? — я невольно повысил голос, и сразу почувствовал на себе взгляды со всех сторон.
— Успокойся, Короткая Соломинка. Мы были по соседству, — Ридли посмотрела на Линка. — Как поживаешь, Горячий парень.
Линк неловко прокашлялся:
— Хорошо, — его голос сорвался. — Правда, у меня все отлично. Думал, ты уехала из города.
Ридли не ответила.
Я все еще разглядывал Джона, он, в свою очередь, тоже мерил меня взглядом. Видимо вычисляя тысячи способов, как отделаться от меня. Потому что ему было что-то — или кто-то — нужно, и я стоял у него на пути. Ридли бы не сунула сюда свой нос с каким-то парнем просто так, не через четыре месяца.
- Ридли, тебе здесь не место, — сказал я, не спуская глаз с парня.
— Не заводись, Любовничек. Мы просто заехали по пути, возвращаясь из Равенвуда. — произнесла она как ни в чем не бывало.
Я усмехнулся:
— Равенвуда? Да они бы тебя и на порог не пустили. Лена скорее дом сожжет, — Ридли и Лена росли вместе, как родные сестры, пока Ридли не стала Темной. Ридли помогла Сарафине найти Лену в день ее рождения, что чуть не погубило нас всех, включая и моего отца. Лена ни за что бы не стала иметь с ней дело.