— Чего ты хочешь? — Хрипло спросил он, прочертив прямую линию от пупка до аккуратных складочек ее нижних губ.
— Тебя, — выдохнула Кристал, прижавшись к нему еще сильнее. Его одежда жгла ее, она хотела почувствовать его кожу на своей, она хотела его так сильно, что боялась кончить как только он дотронется до нее, но Леон не спешил. Низко хохотнув, он позволил ей опустить руки и повернул лицом к себе. Удивительно нежным жестом он заправил прядь волос ей за ухо, и наклонился к ее лицу. Губы Кристал распахнулись, умоляя о поцелуе, но глаза она упрямо держала открытыми. Просто потому что хотела видеть его. Хотела смотреть, как трепещут его длинные ресницы, пока он целует ее. Она хотела видеть все.
— Знаешь, как они называют тебя? — Выдохнул он ей в губы и ее веки против воли опустились.
— Нет, — прошептала Крис, чуть коснувшись его носа своими, не став уточнять, что за «они». Она и так знала.
— Прекрасная Воровка. Говорят, ты самая красивая и неуловимая преступница за последние тридцать лет.
Кристал позволила себе низкий смешок и погладила его грудь сквозь прохладный шелк рубашки.
— А что бы ты сказал? — Наконец спросила она, чуть задев его верхнюю губу, ватными пальцами сражаясь с пуговицами на его рубашке.
— Я бы сказал, что не позволяю преступницам себя раздевать, — ответил он и наконец обрушил свои губы на ее. Поцелуй был грубым и требовательным. Леон не спрашивал, он брал, властно раздвинув ее губы языком и скользнув внутрь. Его пальцы зарылись в ее густые волосы и этот жест получился почти нежным. Кристал с жаром отвечала, цепляясь за его плечи, чтобы не упасть, конечно же оставив его рубашку в покое. Леон прекрасно целовался — жарко, напряженно, пьяняще. Он лишал ее последних приличных мыслей. От его поцелуя Кристал забыла, как дышать. Леон подхватил ее под бедра, заставив обвить длинные ноги вокруг его талии и девушка снова прижалась к нему всем телом, не прекращая целовать. Ей казалось, что она умрет, если перестанет. Наконец, он позволил ей вдохнуть, прочертив дорожку поцелуев от горла до груди. Она ахнула, когда он провел языком по ее болезненно твердому от возбуждения соску, а затем втянул его в рот. Кристал откинулась назад, зарывшись пальцами в мягкие светлые волосы, притягивая его еще ближе и тогда он наконец выпустил зубы. Девушка низко застонала, когда он прошелся зубами по разгоряченной коже, а затем ничуть не меньше внимания уделил второй груди. Она явственно чувствовала его напряженный, судорожно подрагивающий член и точно знала, что сможет кончить прямо так — в его руках, с его губами на своей груди. Но ей хотелось большего.
— Пожалуйста... — прошептала Крис, не зная точно, чего просит. Но, кажется, Леон знал.
Снова найдя ее губы и впившись в них напряженным, грязным поцелуем, он резким движением смел все, что было на стойке и усадил на нее Крис. Словно в тумане она слышала, как разбился стакан, а какие-то бумаги с тихим шелестом разлетелись по полу. Они не обратили на это никакого внимания.
— Ляг, — тихо приказал Леон, разорвав поцелуй. Кристал подчинилась и закрыла глаза, чтобы не видеть белый потолок в четырех метрах над собой. Она все еще обнимала его ногами, пока он нежно поглаживал ее, спускаясь от груди к бедрам.
— Положи правую ногу мне на плечо.
Сделав, как он велел, Кристал тихо ахнула, когда его губы пробежались легкими поцелуями от коленки до внутренней стороны бедра.
— Это — то, чего ты хочешь? — Тихо спросил Леон, прикусывая ее левое бедро.
— Нет, — прошептала девушка, выгибая спину. — Ты же знаешь, что нет. — Он был так близко, но не спешил, дразня ее из последних сил.
— Скажи мне, чего ты хочешь, и я дам тебе это, — хрипло пообещал он, подбираясь поцелуями все ближе к ее ноющей, истекающей влагой середине.
— Я хочу почувствовать твой член в себе, — выдохнула Крис. Слова с трудом продирались сквозь туман в ее голове, но она продолжала. — Хочу слышать, как ты кончаешь от того, что делаешь со мной, хочу видеть твое лицо в этот момент.