Неспешно обойдя забор стороной, мы почти мгновенно забрели на долгожданную Уайлдинг-Стрит.
Посреди тихих окон и закрытых деверей, нас встречал отель "Инферион", освещая мокрую, темную улицу, огромной тускло-оранжевой вывеской. Неумолимым мерцанием он гордо сообщал о своей круглосуточной работе. Ступая по лужам, отражавшим теплый свет букв, мы направились к его дверям.
Явно древний, всего из трех этажей, отель выглядел так, будто его забыли снести перед очередной реконструкцией улицы. Либо выяснилось, что сделать это невозможно, по какой-то причине. Он резко выделялся на фоне соседних домов, стоящих впритирку. Словно гордо расправлял плечи, отталкивая все новое, выстроенное рядом с ним.
Думаю, его как и прочие дома в округе, должны были использовать для временного расселения рабочих, трудившихся на предприятиях коллектора. С виду, он не казался особо популярным, скорее запущенным. Возможно, это связанно с тем, что совсем недавно, рядом с основным комплексомколлектора, воздвигли внушительных размеров башню с кучей спальных мест, заботливо оплаченных Советом.
Теплым, почти согревающим мерцанием нас освещала вывеска «Инферион», даря атмосферу уюта и заботы. Чего не скажешь о двери, над которой она возвышалась. Массивная, многовековая, углубленная внутрь стены, она злобно смотрела на нас небольшим, зарешеченным окошком по центру, наглухо кем-то заколоченным.
Обменявшись взглядами, мы с Джуди взялись за массивный поручень и вместе открыли молчаливую дверь.
Буквально с порога, с первых шагов, нас окружили зеркала, установленные практически повсюду. На широких колоннах, на стенах и даже под потолком гостиничного холла, они погружали в бесчисленное количество наших собственных отражений. Это выгладило немного дико и крайне непривычно. Джуди, старалась разглядеть каждую деталь длинного холла, попутно всматриваясь в свои отражения.
Она остановилась напротив одной из картин, висевших на стене. Сонливый закат на фоне пустынного пейзажа – привычная тематика большинства современного искусства.
Видя ее отрешенность, я решил не мешать любоваться сомнительным искусством. В конце концов, все, том числе и она, заслуживают минуты спокойствия. Я направлялся к приемной стойке, видневшейся в конце холла. Консьерж Джанни, которого мы искали, должен быть где-то рядом...
Идя по необычайно старым, запыленным коврам, я ощущал, как вся атмосфера вокруг кричит о том, что раньше здесь был весьма престижный отель. Возможно, даже встречавший кого-то из знаменитых подвижников и соратников Эстер. Но сейчас, это скорее временная ночлежка для рабочих, ждущих своей очереди в новой башне Совета.
Я обратил внимание на обветшалые зеленые стены с узорами наподобие тех, что видел в учебниках истории. Этому отелю наверняка лет двести, не меньше.
За стойкой регистрации, под высоким потолком сидел низенький пожилой мужчина с опухшей как разбитый кулак, седой головой. Он методично отвешивал приказы молодому парнишке, стоявшему рядом с ним. Парень, в узенькой серой жилетке, порванной и зашитой во множестве мест, был явно напуган. Судя по всему, он находился в прямом подчинении у старого коротышки.
Заметив меня, крошечный старик, небрежно поправил очки, повидавшие не одну починку небрежного мастера. Бросив на меня подозрительный взгляд, он достал из кармана красного пиджака какую-то карточку, похожую на датаблок, и всучил парню, ткнув ему прямо в нос. Потом снова начал разъяснять ему что-то.
Я не вмешивался. Стоял в стороне и терпеливо ожидал, поглядывая по сторонам. Возле меня, на стойке, лежали кучи каких-то вещей, тряпок и предметов утвари, брошенных друг на друга. Все это воняло, даже для моего измученного обоняния, вполне забористо. Там же стояли таблички с длинными надписями - правила для постояльцев.
Я ловил себя на мысли, что мои ноги больше не чувствуют той боли, что была прежде, да к дикому запаху зеленого геля, я привык почти сразу. Это вселяло надежду и силы двигаться дальше, в поисках безопасного пристанища.
Человек за стойкой, закончив отдавать приказы, устало отвел взгляд на Джуди, стоявшей неподалеку. С нескрываемым вожделением, он начал внимательно рассматривать ее. Джуди, с безразличным видом, уткнулась в очередную картину, стараясь не замечать того что происходит вокруг.