«…всю свою историю, человечество стремилось к прекрасному. Восхваляя искусство, красоту и изящество форм. Люди теряли контроль перед видом обнаженного тела. Влюбленность сводила с ума даже самую прагматичную личность, а произведения искусства стоили таких денег, ради которых многие готовы убивать друг друга. Причина тому, наша природа. Суть, с которой мы рождены, тот инстинкт, что заложен в нас и заставляет глаза искать все, внешне прекрасное. Наш геном, слепо сканирующий то, что может дать лучшее потомство, способное на выживание. Именно выживание - главный критерий красоты всего сущего! Но выживание кого или чего? Откуда у вселенной взялась эта неутолимая жажда к жизни? Жажда к эволюции и перерождению.
Были времена, когда мы не ведали о смысле наших судеб. Мы не знали, что не принадлежим себе. Что кровь властвует над нами сильнее, чем мы могли вообразить в самых мрачных кошмарах. Но все тайны всегда раскрываются. Мы догадывались, что наука в итоге выполнит свою истинную миссию, покажет миру подлинное лицо обманщицы. Лицо Владычицы, которая обрела власть, неведомую и невообразимую.
Большинство граждан, в стенах Эоса, хотят отдать себя той, что назвалась именем истинной Матери. Они кинулись не глядя, как на распродажу, желая получить все блаженства и удовольствия, которые сулил коллективизм и гармония. Погрязли в своих рабских желаниях, заботах, лицемерии. Они немощны перед той, что возжелала погасить в них свет Отца нашего. С высунутыми языками и накрашенными губами, человечество вцепилось в эфемерную блажь, сулящую наслаждения, но лишь питающую источник власти над ними. Откинув все сомнения, люди захотели влиться обратно в лоно первородной материи. Туда, откуда пришли. Они отказались от всего, к чему тысячи лет вело священное учение. Отказались от голоса истины, пробивающегося сквозь стену их разума. Отказались от своей совести и бессмертной души, ради того, чтобы стать частью самого прекрасного из всего, что может существовать. Но разве мы виним их за это? Конечно, нет. Тому было предначертано случиться. Предначертано с того самого момента, когда революция породила эволюцию, ту что мы наблюдаем по сей день. Мы лишь свидетели последних мгновений увядающего мира, под знаменами великолепий и блаженств.
Да, Владычица соблазнительна и божественно красива. Она та семья, что жаждет каждый от рождения. Она эталон красоты, что желают примерить все без исключения. Той красоты, что вдохнул в нее наш Создатель. Он сделал это еще до начала времен, отведенных для искупления греха - ставшим нам домом.
И этот дом нуждается, чтобы его вычистили, убрали весь смрад и зловонье лжи, поселившейся в нем. Ведь то время, что было дано на искупление, она променяла на ненасытную жажду мести, которой напивалась из вен собственных детей. Нас с вами. Блудливая, гордая изгнанница, на протяжении миллионов лет соблазняла тех, кто решил примкнуть к истине, пойти за учением Отца и исполнить волю его. А воля его - в осмыслении ошибки. Того греха, что требует миллиардов крошечных драм, которые мы несем в наших сердцах. Воля его - в нас с вами! Суть ее - многогранность взгляда на истину, ведь истина всегда многогранна…»
Тут Дэсмонд подозвал к себе одного из четырех священников, стоявших рядом, самого старого с седой бородой. Он прошептал ему что-то на ухо, после чего тот в спешке вышел из часовни. Пристально оглядев зал, Дэсмонд продолжил:
«…каждый из нас хоть раз поддавался искушению прекрасного. Смотрел на что-то или кого-то не отрываясь. Наслаждал лишь свой взор, который как паучьи лапы обвивал желанное. Но если мы хотим видеть, а не смотреть, то должны делать это истинным взглядом. Не тем, что переворачивает и искажает. Тем что спрятан глубоко, в нашем крепком, плачущем сердце. Взглядом, данным нам Богом.
Мы гости пристанища «Последних Смотрящих Сердцем». Забытый Владычицей отель – наша временная обитель.
Братья и сестры, не забывайте, грядет тот час, когда мы завершим начатое нашим Отцом. Положим конец беззаконию, царящему в оазисе, задыхающемуся от смрада лжи и обмана. Мы предстанем перед Отцом нашим с уверенностью, что заслужили быть рядом в его Царстве. Что исполнили главную волю Его, его замысел, зачатый Адамом. Не ошиблись ни в чем, следуя за истиной…»
После завершения драматического монолога, Дэсмонд бросил на меня взгляд, очевидно приметив еще в самом начале. Спустя несколько мгновений суетливой тишины, трое священников, те, что оставались у алтаря вместе с Дэсмондом, достали ручные сканеры, направив их в толпу. Снова, незнакомыми мне словами, они вдохновенно и синхронно читали молитву.