Точно можно сказать, что этот район являлся одним из наиболее независимых от Совета и даже от самой Матери.
Так уж сложилось, что отношение Данны ко всему, что касается экономики, было пренебрежительным. Если не сказать ненавистным. Она полностью доверяла управление экономикой Совету и Церкви, не желая учувствовать ни в чем, что касается денег. Разочарование Денницы в их силе, берёт начало со времён Вавилона. Именно тогда, Она предприняла одну из первых попыток собрать себя воедино, выбрав деньги в качестве основного и, пожалуй, единственного объединяющего фактора.
Она отлично понимала - повторить ошибку, значит потерпеть очередное поражение. Думаю, ее отвращение к деньгам было продиктовано исключительно этим чувством – страхом поражения. Именно поэтому Данна Эстер, будучи фанатичным ученым, стала известной как «идеальное вместилище» для новой попытки растоптать амбиции Создателя, тем самым уничтожив его.
На фоне всеобъемлющей монополии Церкви, Кингс-Таун процветал. Ровно настолько, насколько большинству членов Совета было это выгодно. И разумеется, было выгодно коммерческому крылу самой Церкви – фабрики «Рэдкрафт». Это предприятие играло ключевую роль в лоббировании кандидатур для Совета и выступало как главный сторонник того, чтобы торговый район продолжал существовать и развивался в рамках "допустимой свободы", играя на руку теневому обороту крови.
Я вдруг понял, что для этого отеля, Дэсмонда, Дилана и прочих, для них смерь человека - всего лишь дополнительная поставка драгоценного ресурса, обогащающего их каждым последним вздохом любого из «постояльцев». Они мало чем отличались от множества подпольных ферм, где в коматозном состоянии держали тех, кому не посчастливилось там оказаться. Располагая огромными средствами, эти фермы даже не притворялись, что ищут всяческую прибыль среди населения города. Они открыто предлагали нуждающимся родственникам сдать им «неудобных» сожителей. Своё преклонение перед Владычицей, подобные предприятия часто использовали как негласный фасад. Подражая во всем «Рэдкрафту», они отличались лишь тем, что действовали вне официального закона.
Мы подошли к двери, которая вела в знакомый мне зеленый коридор. Пару шагов и мы пройдем мимо злосчастной шорни..., ее сложно забыть с прошлой ночи. Я спросил Дага, как зовут того кто должен помочь нам и он тут же выдал имя, подкосившее почти все надежды.
- «Жуткий Хьюз», каким ветром тебя задуло?! – весело спросил Джерси у Дага, переступившего порог его мастерской.
После этого, Джерси увидел меня – неохотно заходящего в его «ритуальное логово»
- Ты!? – выкрикнул он, держа в руках поломанный светильник.
Джерси подскочил с длинного дивана, стоявшего между коробок. Округлившиеся глаза, под гнетом выпуклого лба пристально вцепились в меня.
– Что забыл здесь…?! Где робот? – продолжал возмущаться Джерси – а ты Хьюз…, ты мог быть и поразборчивее в выборе своих подчиненных.
- Вы знакомы? – удивленно нахмурился Даг.
- Я ударил его спасая пентаморфа…, Джуди - ответил я, в надежде что Даглас поймет и сможет все как-то уладить.
Даг посмотрел на меня с тенью одобрения. Повернувшись к Джерси, он вяло произнес:
– Можешь стукнуть его в ответ, если тебе это поможет.
Даг указал большим пальцем за спину, прямо в мою сторону.
Вязаная серо-бордовая шапочка, явно не в размер, неумело пыталась скрыть рану на голове Джерси. Сидя в углублении своего дивана, он казался совершенно ошарашенным. В этот момент, смотря на него — одинокого, заключенного в своей мастерской сутками напролет, я неожиданно почувствовал жалость. Казалось, такой социопат, как он, ни за что бы не обратился за медицинской помощью. Весьма вероятно, что он сам попытался обработать рану, а шапку надел в надежде, что та впитает остатки крови.