Всю эту информацию Катя получила спонтанно и осознала буквально за секунду. Так что прекратила физические упражнения и стала ходить по классу, изучая стены и развешанные на них плакаты. И что самое интересное, дети старались держаться от нее подальше, словно у Кати на роду было написано быть изгоем. Да и пофиг, философски подумала она, в школе как-то это пережила, в универе тем более, так что в вашей любви я не сильно и нуждаюсь. Сейчас самое главное – не выпендриваться. Сиди тихо, учи материал и отвечай ровно и четко, когда тебя спросят. И, самое главное, не отсвечивай, как и просила мама. А то тоже поедешь следом за этим мальчишкой в запертой клетке. Сейчас нас будут учить писать, читать и считать, чем мы уже занимались в садике. Но там так, баловство одно. Знакомство со счетом до десяти и алфавитом. В основном рисование для развития моторики и простейшие головоломки для ума. В Империума школа начиналась с пяти лет, а не с семи, как на старой Земле. Два года разницы многое значит. И программа подготовки лояльного гражданина у них тут за тысячелетия вылизана до блеска. Так что мне еще больше не надо выеживатся, а то еще в херувима переделают, будешь крылышками махать и чирикать на бинарном.
Учитель нажал на кнопку под столом и в классе раздался противный звук. Большая часть детей, не покинувших кабинет, вздрогнула и замерла, крикуны в коридоре тоже затихли и начали потихоньку стягиваться в класс. Откуда такая сознательность, подумала Катя, садясь на свое место и тут же увидела залетающего в помещение сервочерепа, который подгонял последнего ученика. Красные визоры осмотрели затихший класс и дрон передал сообщение на стол учителю, что все в сборе. Откуда он появился и где до этого был, она не знала, но поняла, что это электронный помощник учителя. Катя вытянула шею, проследив за манипуляциями учителя и заметила, что столешница – это дисплей. Хочешь сервитором управляй, хочешь видео с камер смотри или в учебный материал подглядывай. Очень удобно.
Дрон вылетел из класса и тут же вернулся со стопкой тетрадей, которые начал раздавать, зависая возле каждой парты. Досталось и Кате.
– Это прописи. – Объяснил учитель. – На первых занятиях вы будете учиться писать и считать и чтобы не делать ошибок в каждой строке есть образец буквы. – Фремен раскрыл тетрадь. – Сейчас же я хочу узнать, занимался ли кто-то из вас письмом ранее. Поднимите руки те, кто из вас уже умеет это делать.
Как там говорила ее классный руководитель в школе? Лес рук? Тут вверх задрались только три – ботан Майлз, девочка с последней парты, кажется, Джана или Джайна и сама Катя. Остальные остолопы просто выпучили глаза, а до самых тупых только сейчас едва дошли слова учителя, судя по их физиономиям. Собственно, Вова был из последних и даже почесал затылок, стимулируя мозговую активность.
– Андерсон, ты умеешь писать? – спросил удивленно Фремен.
– Да, учитель! – бойко ответил ботан. – Я могу написать свое имя, имена родителей и знаю, как пишется несколько слов. – Майлз немного задумался и продолжил. – Но папа все равно говорит, что я пишу с ошибками.
– Ничего, я научу тебя как это делать правильно. – Учитель улыбнулся. – Может быть выйдешь к доске и продемонстрируешь остальным?
– Да, учитель! – низкорослый ботан вскочил и засеменил к пластиковой панели. Однако возле нее у него случился ступор. – А чем я буду писать? – задал закономерный вопрос очкарик, повернувшись к педагогу.
Фремен молча протянул ему маркер – здесь писало называли стилом. Майлз схватил его словно утопающий соломинку и начал карябать буквы.
– Майлз пишется не через И, а через Й, болван, – прошептала Катя, думая, что ее никто не услышит.
Но проклятый сервочереп не просто так висел в классе. Его чувствительные микрофоны уловили шепот девочки и тут же на экране перед учителем возник текст – дрон передал сообщение. Фремен посмотрел на Катю, потом на Майлза, на написанное им, и громко произнес:
– Кто из вас двоих, девочки, может исправить ошибку? Может быть ты, Крамер? – в вопросе учителя просквозила неприязнь. Или Кате показалось?
– Да, учитель. – Девочка встала и подошла к доске, возле которой застыл ботан. Он теребил в руках стило и она протянула руку, чтобы взять его у мальчишки. Тот помялся, но отдал, при этом его щеки чуть порозовели, словно ему было стыдно. – Ошибка вот здесь. – Катя действовала жестко и, перечеркнув букву, написала нужную наверху, добавив при этом еще одну впереди. – Так будет правильно.