– Это ты виновата! – завопил Майлз, вставая и тыкая пальцем в сторону Кати. – Если бы не ты, то учитель не обратила бы на меня внимание!
– Ты сам виноват, придурок! – ответила в том же ключе Катя, также вылезая из-за парты. – Нечего было хихикать! Так чего теперь не ржешь? Мне понизили балл, но я как-нибудь с этим справлюсь, но вот ты, который и дня прожить не можешь без того, чтобы доказать мне, что лучше меня, как теперь себя чувствуешь? И вообще, отчего такая привязанность ко мне? Ты влюбился что ли?
Уши у мальчишки покраснели, щеки тоже стали пунцовыми. Взгляд забегал по кабинету – Андерсон искал спасения. На последней парте оглушительно захохотал Оприн, захлопав ладонями по обложке учебника. Остальные тоже стали показывать пальцами и дразниться.
– Жених и невеста!! – кричал громче всех Борген. От таких слов Майлзу стало еще хуже. Он бегом выскочил из класса, чтобы не слышать насмешек учеников. Ранимая натура не выдержала подобного психологического давления и мальчишка предпочел сбежать от проблем, чем пытаться их решить.
– Борген, хватит. – Оборвала пацана Катя, заметив, что глаза убегающего мальчишки замокрели. – Если будешь продолжать, то превращу тебя в жабу, сразу начнешь квакать под столом.
– Это невозможно. – Возразил серьезный Дик Брайт. – Подобные метаморфозы недоступны даже эльдарским псайкерам, не то что человеческим колдунам.
Отец Брайта когда-то давно служил на корабле вольного торговца вторым пилотом и завел семью только тогда, когда сумел заработать достаточно денег. Это сейчас он трудится секретарем в Администратуме, перекладывает бумажки из одной стопки в другую и приносит чиновникам повыше рангом чай или кофе. Которое здесь называют тоником и рекафом соответственно. И взяли его на это теплое место по рекомендации капитана, с которым он бороздил варп и обычный космос лет двадцать если не больше. Катя узнала об этом в первые дни своего обучения. Так что отец Брайта очень много знал про ксеносов, про варп и псайкеров – колдунов, способных использовать его энергии и рассказывал сыну различные невероятные истории, половина из которых могла оказаться банальной брехней. Например, когда она на перемене спросила Дика, что он знает про орков, то тот, не моргнув глазом, ответил, что с зелеными можно иметь дело только в том случае, когда четко выполняешь взятые на себя обязательства. Предательства и обмана орочьи капитаны не потерпят, просто ответил он. Они обязательно отомстят обидчикам, если останутся при этом в живых. Информация сильно заинтересовала Катю и она хотела продолжить разговор, но в этом время подали сигнал к началу занятий и пришлось прерваться и вернуться к разговору уже не получилось – просто так съехать на тему орков она не могла. Постепенно девочка складывала в своей голове картину окружающего мира, в котором многое ей было непонятным и даже странным. А некоторые вещи вообще казались полным бредом. Но они, блин, реально существовали!! Например, демоны Хаоса и прочая нечисть.
– Знаешь, Брайт, наверное мне стоит найти ведьму и разучить у нее пару заклинаний на этот случай. – Сделав серьезное лицо, заметила Катя.
– Да врет она все. – Фыркнул Дик, наблюдая за напрягшимися учениками. – И Андерсон легко мог вам про нее наврать – он с первого дня Крамер ненавидит, это же видно сразу. Интересно, за что?
Брайт был самым рассудительным в классе, несмотря на свой возраст. Очевидно ему это передалось от отца и от матери, которые завели ребенка довольно поздно – ему было шестьдесят, ей пятьдесят восемь. Однако, пройдя процедуру омоложения, мать Дика могла легко родить еще троих-четверых, но пока семья решила ограничится одним ребенком. Наверняка жизненный опыт передается в момент зачатия, иначе как еще объяснить, что Брайт натурально напоминал Кате ее саму. Одно время она думала, что он тоже перерожденец, но потом все же решила исключить эту версию – дурачился-то он точно также как и остальные мальчишки. Хотя некоторые и в тридцать лет и в пятьдесят остаются малолетними дебилами, так что это не показатель. Да и не во всех вопросах он был компетентен. Просто как губка впитывал то, что ему рассказывали родители, а повидали они оба немало. Мать тоже была из пилотов и оставила службу в имперском флоте, тридцать лет перевозя грузы и войска, попадая под обстрелы ксеносских кораблей и спасаясь с подбитого судна в эвакуационной капсуле. Так что оба жизнь знали и предварительно учили сына уму-разуму, не давая ему набить шишек на своих ошибках.