Забыв обо всем, она бросилась из квартиры, чтобы догнать брата и воткнулась в маму. Оказывается, это она вовремя вернулась со смены. Брат так и стоял, вжавшись в угол, и испуганно смотрел то на маму, то на пострадавшую сестру. Он не понимал, что случилось, почему Кэт вдруг загорелась, почему вдруг вокруг стало слишком шумно, страшно и совсем не весело. И тут как раз пришла мама, которая спасет и защитит от всего странного и непонятного.
– Мама! – закричал Тим, бросаясь к ней и обнимая ее за талию, начиная плакать.
Саманта поставила сумки и машинально обхватила сына, гладя его по голове. Сама же смотрела на вымокшую и обгоревшую дочь, стоящую в обуви на пороге ванной. Та уже прекратила всхлипывать, но слезы смешанные с водой продолжали катиться по ее щекам.
– Что случилось?! – в голосе мамы Катя легко почувствовала нарастающую панику.
Как говорил мистер Флексингтон, в любой нестандартной ситуации в первую очередь включайте мозги, а уже потом действуйте. Потому что эмоции и инстинкты могут сделать вам только хуже. Это не касалось, конечно, военных действий или рукопашных схваток, где от твоих рефлексов и инстинктов зависела твоя жизнь. Но и там тоже нужно было думать. Сейчас же Катя, прежде чем шок прошел (а девушка справилась с ним достаточно быстро, стоит поблагодарить опять же уроки сквата), решала, что же стоит рассказать маме. И в первую очередь она заботилась о судьбе брата, легко поняв, что именно произошло. Его дар открылся слишком рано и спусковым крючком для него послужила их ссора. Сама же Катя с младенчества жила со своей внушаемой эмпатией, которая сейчас отошла на другой план и практически ей не использовалась. Стоит сказать, что и надобности такой в ней не было, существовало кое-что другое, более интересное и полезное, нежели способность насылать на других людей страх и ужас.
Катя показала себе на ухо, мол, нас могут слушать, не забывай, мама, кто мы. Саманта, находясь в состоянии тревоги, все же смогла трезво оценить ситуацию. Она поцеловала плачущего Тима в макушку и бодро сказала:
– Опять подрались? И весь пол испачкали? Так, сейчас живо разделись оба – и на кухню. – Распорядилась Саманта так, как будто ничего не произошло. – Я тут быстро приберусь. Тим, иди мой руки.
– Но мама?… – брат удивленно уставился на мать, которая приложила палец ему к губам.
– Мой руки, сладкий. – Более мягче попросила она. – Сейчас будем ужинать. Я купила кое-что вкусненькое! – отвлекла она брата.
– Что? – спросил тот, размазывая по лицу слезы и сопли.
– Шоколад. – Не стала скрывать Саманта. – Настоящий, не синтетику.
– Он же стоит как автоматон! – не выдержала Катя. – И где ты его взяла?
– В лавку «Сладости и радости» буквально на днях завезли. – Просто ответила мать, беря в руки тряпку, чтобы подтереть за Катей, которая продолжала стоять столбом. Тим самостоятельно разулся и теперь ждал, когда мама наведет порядок. – Поставка с Альты-семь. В честь наступающего праздника. И цены льготные – всего лишь в полтора раза дороже синтетики. Грех не воспользоваться.
– Какого праздника? – спросил Тим.
– Дня Бога-Императора, конечно. – Ответила брату Катя, очнувшись и начав помогать маме. Тим резко повернулся и посмотрел на нее. В глазах у мальчишки еще стоял испуг – теперь он боялся гнева сестры, но та вдруг повела себя с ним мягко, как будто ничего не случилось. – Начало его Объединительного Крестового Похода. Вам еще по истории не говорили что ли?
– Нет. – Замотал головой мальчишка.
– Я потом расскажу. – Катя не стала привычно унижать брата. Учился он средне, как и все пацаны, да и ходил в обычную схолу прима, а не орденскую, как она. Таково было решение родителей, принятое по настоянию самой Кати. Потому что во-первых три механикуса в семье – это перебор. И во-вторых – калечить себя ради повышения в ранге явно не стоит. Во всяком случае Катя это делать точно не собиралась, что, собственно, противоречило доктрине Ордена. И как это решить эту задачу она не знала, но не желала брату своей судьбы. Да, сначала все казалось таким интересным, перспективным и новым, но по факту вылилось в какое-то мазохистское издевательство над своим собственным разумом и телом. Лучше уж пусть Тим получит нормальное гражданское образование, чем будет всю жизнь занудно читать литании перед алтарем и окуривать механизмы специальным составом. Катя сама на это уже насмотрелась и откровенно не понимала, зачем этот бред нужен. Но предпочитала язык держать за зубами, прекрасно понимая, что если выскажется, то может забыть о своей карьере в Ордене. Приходилось зубрить все эти бессмысленные наборы фраз и повторять их с вдохновенным выражением лица, вроде как восхваляя свет истины, дарованный Омниссией. Словом лаская механизмы и поощряя их работать без поломок, вместо того, чтобы найти причину и починить машину. Ну и прочая фигня в том же духе. Так что, посоветовавшись с мамой (папа по понятным причинам участия в разговоре не принимал), они решили отправить Тима по стопам дяди Джона. Пусть лучше служит в Администратуме или милиции, чем поет псалмы как сестра. – День Бога-Императора каждый раз высчитывают и объявляют задолго до его празднования. У нас он состоится примерно через два месяца, ну или около того.