– Так что, любимый мой, – Саманта погладила сына по голове, – просто старайся не хвастаться перед друзьями и приятелями, что ты можешь поджигать вещи. – Она посмотрела на Катю. – А ты можешь научить его контролю, но без помощи Флексингтона?
– Хм… – Катя задумалась. В принципе, она могла попробовать, основы девушка уловила. – Почему бы и нет? Но это нужно делать не здесь, не в квартире, да и лучше вообще не в городе. Но никто детей в пустоши не отпустит, да и с орбиты будет видно в случае чего. Спуститься в канализацию – не вариант. Там полно крыс, бандитов и прочей нечисти, не хотелось бы случайно попасться арбитрам во время их рейда. – Девушка задумалась. – Но я согласна в одном – Тима надо учить. Я попробую узнать у сферы, как подобное можно провернуть.
– Она что, с тобой разговаривает? – удивился брат.
– Конечно. – Кивнула Катя. – Кроме хранилища информации это ведь по сути общий планетарный разум, а не справочник всего и вся. И возможности у него колоссальные. Например именно ноосфера отдала этот материк на откуп механикусам, не уничтожив его. Хотя могла бы.
– То есть мы все здесь в опасности? – тихо спросила мама.
– Да. – Просто ответила Катя. – Материк стоит на стыке нескольких тектонических плит. Стоит их чуть-чуть раздвинуть и он опуститься на дно океана как Атлантида. Механикусы, конечно, укрепили город как могли, но поверь мне, мама, их потуги ничто по сравнению с мощью планеты. Я уверена, что ноосфере самой интересно, что из этого получится. Вот она пока и не предпринимает никаких мер. – Катя снова усмехнулась. – Мы тут как блохи на собаке сидим и любой момент нас могут выкусать или же смыть под душем. Образно, конечно
– Это тебе скват объяснил?
– До многого я дошла сама, но в целом ты права – он. – Кивнула дочь. – Его родная планета вообще людей попыталась выдавить сразу же, как только они там появились. Потому что это был защитный инстинкт. Мощные ветра и ураганы разрушали постройки, шахты схлопывались и обваливались, было множество смертей. Пока скваты не поняли в чем же причина и перестали вести себя варварски.
– И в чем же причина? – спросила Саманта, которой стало просто интересно.
– На планете уже была разумная жизнь. – Ответила Катя. – Примитивная, не использующая предметы труда, но разумная. Первыми обрели разум хищники, а за ними – один из видов травоядных. Один разум сразу же потянул за собой другой. Они не строили хижин и домов, не возделывали поля – до этого им еще далеко, но уже сбивались в стаи, создавали социальную структуру, выбирали вожака по принципу сильного…
– Все стайные животные так делают. – Возразила ей мама.
– Ты права. – Согласилась Катя. – Но разве человечество или другие разумные виды дают им достичь эволюционных высот? Опасных хищников уничтожают, травоядных сгоняют в стада и забивают на мясо. Им просто некуда и некогда эволюционировать. На планете скватов ситуация был очень похожей – сначала коротышки выбивали племена подчистую, чтобы обезопасить свои поселения. Тогда шаманы стай с помощью ритуалов взывали к ноосфере и та, получив посыл, просто исправляла ситуацию в их пользу. Вот и все. Переломный момент произошел тогда, когда среди скватов родились первые «сонары», те, кто спонтанно смог подключаться к сфере. Вероятно, это тоже влияние ноосферы. Они и выяснили истинную причину неудач. И, после того как политика поселений изменилась, землетрясения прекратились. Скваты не лезли на территорию зверей, те не ходили в Запретные Земли. Вот и все.
– А у нас? В смысле, здесь, на Тартаре?
– А здесь изначально не было разумной жизни и планета обрела ее только когда человек ступил на ее поверхность. – Ответила Катя. – Может быть поэтому она его и не уничтожает ибо тогда сама лишиться разума.
– Интересно, но это не приблизило нас к решению проблемы Тима. – Заметила Саманта. – Отцу мы ничего не скажем, это ясно как день…
– Почему? – вылез с вопросом брат.
– Потому что его контролирует разведка Ордена. – Ответила Катя. – Через его импланты они имеют возможность слушать наши разговоры и следить за нами. И стоит там обмолвится о твоих способностях, как тебя сразу же у нас отберут. Поэтому при папе ни слова. И даже не вздумай забыться и похвастаться – мигом очутишься в камере. В которую тебя проводит твою любимый папаня.
– Хватит, не дави на него. – Саманта погладила ойкнувшего сына по голове ладонью. – Он и так все понял и осознал. Правда, солнышко?
– Да, мама. Я не буду ничего говорить папе. – Как сомнамбула произнес Тим. Катя поняла, что мама просто заблокировала его мысли на этот счет. Если он захочет рассказать о том, что случилось, то просто не сможет вспомнить о своем желании. Сами воспоминания о произошедшем Саманта и не собиралась запрещать – они должны остаться как напоминание. Да, нехорошо получилось, но все живы и слава Богу-Императору.