Катя несильно стукнула дядю в живот. Конечно, сначала она на него не просто разозлилась, он сумел натурально ее выбесить! Тем более, после того, что с ней уже случалось. Отец, подруга, теперь вот дядя! У нее что, на лбу написано, что ее могут использовать все, кому не лень? Но после того, как Джим сказал, что она может приходить к арбитрес с Тимом, Катя сразу же поняла замысел дяди. Он ведь сказал – положи важное под носом и на него не обратят внимания. Кто в здравом уме полезет в крепость арбитрес проверять, а не там ли тренируются пирокинетик и сенсор? Инквизиторам ни в жизнь такая идея в голову не придет!! Ай да дядя, ай да молодец!! И как тонко намекнул, что ее помощь в данном случае оплачивается посещением спортзала крепости!! Разыграл многоходовочку прямо как инквизитор какой! Хорошо, что я такая умная и сразу же догадалась, а была бы дура, то продолжила бы закатывать истерику и все портить.
– Рукопашный бой меня не слишком интересует. – Заявила Катя. – А вот физическая гимнастика – очень даже. У вас там, в спортзале, есть снаряды? – обратилась она к Мэдлин.
– И не только. – Кивнула та. – Полный комплекс для развития всех групп мышц. – Она посмотрела на Джима. – Да и потом, твой дядя прав – умение защитить себя очень даже в жизни пригодится. Не зря же базовые основы закрепляют еще в схоле. Там ведь еще и тир есть. Умеешь стрелять из лазгана?
– Нет. – Мотнула Катя головой. – Но я знаю его устройство и могу починить в случае чего, если есть запасные детали.
– Странно, почему техножрецы не учат своих учеников обращению с оружием, – пробормотала Мэдлин, – ну да ладно, это их дела. Я так понимаю, что ты согласна? Тир, кстати, тоже в твоем распоряжении. В свободное от тренировок арбитрес время, конечно. – Тут же поправилась она.
– Кроме спортзала дядя будет должен мне мороженое. – Мстительно произнесла Катя. – Настоящее, а не какую-нибудь синтетику.
– Ты попал, Джим!! – захохотала Мэдлин. – Ты попал!!
Настоящее мороженое делали из настоящих сливок без добавления какой-либо химии. И стоил такой продукт очень дорого, продавался только на верхних уровнях и для богатых. К слову, Катя только один раз в своей жизни попробовала мороженое из стаканчика в кафе, куда ее пригласил Брайт. Парнишка собрал все свое мужество и все накопления, которых едва хватило на два маленьких стаканчика. Катя порывалась заплатить – кое-какие империалы у нее в кармане водились, мама давала. Но когда услышала цену, то слега замялась. Выложить двухмесячную зарплату за мороженное не всякий может себе позволить. Для Брайта это был поистине шикарный и дорогой подарок, который он преподнес любимой девушке. Так что Катя считала себя ему обязанной, чего, конечно, не хотела. И выглядеть в его глазах мерзкой сукой тоже не могла – попользовала пацана и выбросила на помойку. Так что слова дяди о том, что она должна с ним порвать, упали в благодатную почву и сейчас Катя мучилась, как это сделать так, чтобы не обидеть парнишку. Как дать ему понять, что в будущем у него много таких Кать будет и не стоит на каждую тратить дорогое мороженое.
– Ну, денег удовлетворить твое желание у меня хватит. – Заявил, ухмыльнувшись, дядя. – Давай, беги скорее переодевайся. Платье там, в комнате.
– А меня, Джим Райт, ты тоже угостишь мороженым? – игриво спросила Мэдлин.
– Я посмотрю на твое поведение. – Высокомерным тоном ответил тот.
Женщина умело скрыла досаду, мило улыбнувшись. Типа, я поняла твою шутку, но все же не оставлю тебя без внимания. В арбитрес шли, как правило бездетные люди, полностью отдававшие себя делу защиты граждан, но служившие там женщины никогда не забывали о возможности создания семьи. И пришедший недавно на службу холостяк Джим сразу же стал объектом интереса нескольких их них. Ближе всех была Мэдлин, которую хотели отправить в качестве приманки, но Райт настоял на том, чтобы пошла его племянница. И показал пикт с ее изображением, а также упомянул про возраст. Мэдлин ну никак на подростка не тянула. Начальство тщательно взвесило все за и против и решило, что предложение новичка не лишено смысла. Проклятые культисты охотились в основном на подростков и молодых женщин, тех, кто еще были девственницами. А Мэдлин таковой вот никак нельзя было назвать. Так что пришлось ей уступить. Нет, конечно, она сейчас могла бы намазать девчонку так, что любой взглянувший на нее тут же отвернул бы глаза, но это означало бы провал операции. А женщина умела различать личное и общественно важное. И в данном случае второе било карту первого.