– Скорее всего на заводе не оказалось лазпушек нужной мощности, вот и поставили, что было под рукой. – Механикус шлепнул штамп на бланк, разрешая перевозку. – Не волнуйся, иной раз в войска и не такое привозим. Бывает, откровенный хлам выдают за новую модель. – Он с жалостью посмотрел на девчонку, сделав паузу. – Попасть в гвардию – все равно, что опуститься на самое дно. За что тебя так, да еще и сразу после выпуска?
– Забыла прочитать литанию перед снятием кожуха с редуктора. – Настоящую причину ему знать совсем не обязательно.
– Во время боя тебе некогда будет подобной ерундой заниматься. – Хмыкнул техножрец, после чего обвел рукой внутреннее пространство корабля. – Мы тут все в некотором роде еретики и отщепенцы. Когда по тебе палят пушки орков или хаоситов, некогда молиться перед алтарями, нужно корабль и команду спасать. Это на мирных планетах в тихих кельях можно заниматься подобной фигней и рассуждать о воле Омниссии, а тут, когда счет идет на секунды, попробуй помолись перед тем, как переключить энергошину с основной на резервную, когда первая вот-вот расплавиться от перегрузки. – Парень оценивающе посмотрел на Катю. – Тут как-то не до литаний, знаешь ли, живым бы остаться.
– Твои речи слишком еретичны. – Заметила девушка. – Не боишься, что я сейчас побегу и сдам тебя вон тому мастеру. – Она показала на старшего механикуса, что-то рассматривающего в планшете.
Техножрец захохотал.
– Попробуй. – Весело заявил он. – Только сперва подумай, может чинить лазганы в гвардии все же лучше, чем пахать безмозглым сервитором на корабле.
– Он может судить прямо здесь? – удивилась Катя.
– Корабль – это не Коллегия. – Серьезно ответил техножрец. – Здесь мастер – Омниссия и Бог-Император в одном лице. Когда тебя распределяют во флот, то ты всю свою жизнь связываешь с космосом и кораблем. И подчиняешься ты только своему мастеру. Никакой планетарный архимагос не сможет заставить меня делать то, что, ему кажется, я должен исполнять с прилежным рвением. – Слова парня звучали жестоко. – В гвардии все то же самое, только намного жестче и круче. Если до тебя это сразу не дойдет, то ты вряд ли там приживешься.
– Спасибо, что растолковал. – Язвительно произнесла Катя.
– Не за что. – Техножрец пожал плечами. Он вообще был довольно эмоционален, да и аугментикой не блистал. – Обращайся, если что.
– Еще один вопрос – где я буду жить и принимать пищу? Или здесь есть магазины, где можно купить еду?
– Ну, жить можешь в кубрике рядом с грузом. – Парень показал на дверь кладовки. – А пищу… я бы посоветовал купить запасы на станции, пока корабль не отчалил. На довольствие тебя здесь никто не поставит, пока ты не в полку. Так что крутись как можешь. – Техножрец снова усмехнулся. – Совет бесплатный, так что пользуйся.
– И сколько корабль будет стоять? – Парень пожал плечами. – Понятно.
Техножрец ушел по своим делам, а Катя призадумалась. Она может пройти через помещения корабля и спуститься на станцию, но все ее путешествие займет время. Хорошо, что с ней есть дядя, который заставил ее набить рюкзак сублиматами и бутылками с водой. Сам же он взял груза гораздо больше, да еще и распихал еду по карманам. Значит, знал, что их кормить не будут. Кстати, а где дядя?
Катя сначала заглянула в каморку, потом пошла между ровными рядами шагоходов. Их загнали в отсек корабля и можно было его легко закрыть и опечатать, чтобы никто не залез и не спер чего-нибудь. Тем более, что тот техножрец уже поставил свой штамп на ее документах и де юре груз принят командой корабля к перевозке. Так что если чего-то и пропадет, то отвечать будут уже местные жрецы. Но и с нее ответственность никто не снимал, пока она не доставит груз до космопорта, где его заберут гвардейские интенданты. Блин, где же дядя? Позвонить ему что ли? Он ведь оба рюкзака утащил, у нее за спиной привязан сервочереп и одет пояс с механодендритами. А это явно не может считаться пищей. Катя решительно нажала кнопку вокс-передатчика, настроенного на нужный канал.