– Все места в кабаке «У Джо» будут заняты. – Пробормотал отец.
– Зачем нужно идти в эту рыгаловку? – мама поморщилась. – Сходим в приличное заведение – семейное кафе «У Моны». Отдельные кабинки, приятная атмосфера, тихая музыка. И проектор опять же есть. Уверена, что многие захотят смотреть парад там. – Саманта задумалась. – Надо заблаговременно договориться о местах.
– У «Моны» дорого. – Курт покачал головой. – Второй плюс это не первый минус.
– Может быть, хочешь завалиться с семьей в бандитскую хату? – строго спросила жена. – Там точно все бесплатно.
– Сэмми, ну что ты такое говоришь. – Муж отложил газету и обнял жену. – Я же не это имел в виду. Просто там действительно дорого, а нам надо экономить. И просить все время деньги у твоего отца… он точно когда-нибудь приедет и пристрелит меня только за то, что я не могу вас обеспечить.
– С папаней я как-нибудь договорюсь. – Саманта улыбнулась. – И тебе не стоит переживать насчет него – в нашем поселке он будет маршировать одним из первых как ветеран, так что сюда точно не заявится. И потом, – жена хитро посмотрела на мужа, – ты зря преувеличиваешь, на посиделки у «Моны» нам вполне хватит.
– Ты ограбила чиновника?
– Я поступила в Схолу Ультима на заочное отделение! – Торжественно объявила Саманта. – И мне будут платить стипендию! Скоро я стану врачом!!
– Ох ты ж!… Это надо отпраздновать!
– Вот у «Моны» и отпразднуем все сразу. – Жена положила ладонь на грудь мужа.
– Согласен. – Курт поцеловал Саманту. У мужа возникло желание и жена его немедленно уловила, неосознанно усилив, но сперва…
– Кэти, милая, пора в кроватку. – Саманта подхватила дочь подмышки и посадила «за решетку».
– Еще рано. – Возразила ей Катя. Да сколько можно меня усыплять! Только что пришла из детсада, поела и сразу спать!
– Ничего не рано, радость моя.
– Не хочу спать! – твердо заявила девочка.
– Вот как? – удивилась Саманта и воспользовалась запрещенным приемом. – А сейчас?
Катя вопросительно посмотрела на маму, зрачки которой неожиданно расширились, заняв почти весь глаз. Так вот значит как ты меня усыпляешь, с помощью экстрасенсорики! На этот раз не выйдет, мама! Я сама решу когда мне спать, а когда нет! И вообще, я требую газету! Я хочу знать, что случилось за все эти тысячеле… Бух, маленькое тельце, пойманное заботливыми руками, мягко упало на матрасик и, девочка, укрытая одеялом, сладко засопела. Саманта мысленно усмехнулась. Дочка явно прогрессирует с каждым разом пытаясь сопротивляться ее чарам все больше и больше. И усыплять ее становится все сложнее, похоже, Кэти унаследовала от мамы ментальную защиту. А вот кое-что приобрела уже сама. Курт рассказал ей о предложении бандитов и о позорном их бегстве. Саманта хорошо понимала – такие люди просто так трусливо сбегать не будут. Значит, их напугала дочь, которую саму посетил жуткий страх. И это первое проявление ее способностей. И их нужно развивать, а не подавлять в себе, как это делала мама и пыталась делать с ней и с братьями. Джон рос послушным мальчиком, но у него, как у первенца, оказалось преимущество – дар в нем все равно пробудился. А вот с ней и с Джимом не вышло – младший брат всегда доверял своей интуиции и вырос не просто везунчиком. Он, блин, точно знал, что стоит делать, а что нет! И в гвардии из всего полка шанс остаться в живых есть только у Джима, Саманта это точно знала. Интересно, где он сейчас? Засранец, совершенно забыл своих родных и даже не пишет! Надо бы намекнуть отцу, чтобы пробил его местонахождение по своим каналам. И передал от сестры волшебного пенделя. Ну а сейчас… дорогой, что ты хотел мне сказать на ушко?
Утро в детском саду началось с небольшой пересадки. Брюса от мальчишек забрали, а в их «загончик» угодила Софи. Девочка была примерной той же комплекции, что и Катя, но повыше ростиком. Она уже привыкла к своим соседям по манежу и тут вдруг ей поменяли компанию. Здесь вдруг оказалась незнакомая девочка и два мальчишки, которые точно также не станут делиться игрушками. Софи от перемены обстановки захотелось заплакать, что она и проделала. Катя хорошо понимала чувства ребенка – это она такая взрослая и умная, сейчас же перед ней дети, которые только начинают познавать этот мир и учиться в нем жить. И выживать, раз уж здесь практикуются такие методы. Катя долго наблюдала за возней малышей, решив, что их специально науськивают друг на друга. Разделяй и властвуй. Но нет, таким образом воспитатели прививали им понятие командной работы. Сначала все были против всех, потом, когда понимали, что силенок одному справиться не хватит, то начинали объединяться. То есть приходилось вступать в коммуникацию с «бывшим врагом» ради получения выгоды. Ну а после этого часто бывший враг становился другом. А потом, как вишенкой на торте – общая игра всех со всеми и в манеже наступал мир. Почему люди тогда не могли договориться с ксеносами – непонятно. Но здесь дальнейшие действия воспитателей для Кати были очевидны – потом манежи уберут и их всех выпустят на волю. К тем самым игрушкам, которые стоят на полках. И вот тут уже в одиночку не выжить – лучше быть в своей стае или организовать еще большую. И вот когда все в группе сдружатся, то потом они дружно передут на следующий этап обучения. Что там произойдет, Катя могла только гадать. Но сейчас перед ней сидела маленькая, напуганная сменой обстановки, заплаканная девочка, которую следует утешить. Что, собственно, Катя и сделала.