Ксения мрачно прочитала мою запись и поглядела с приторной улыбкой.
— Ты молодец, Ева, — её тон теперь казался мне излишне слащавым и при этом настойчивым. — Такая самостоятельная! Твоя мама могла бы тобой гордиться. Но зачем спешить? Давай посидим, как в старые добрые времена. Ворчек отправился во дворец, хотел добиться аудиенции императора, так что не появится здесь сегодня. Можешь не волноваться. А доверенность на квартиру лучше напиши, пусть будет у меня на всякий случай. Вдруг обстоятельства изменятся, ты сможешь подать мне сигнал, и я смогу сразу заняться продажей.
Смотрела я на мамину бывшую подругу и не могла поверить в такую незамутнённую наглость. Телефон я держала в руках, открыла вкладку с сообщением Архану и отправила его. Тут же перешла на заметки и написала: «Хорошо, я всё же поем».
Ксения просияла настолько ненатурально, что мне на мгновение стало её жалко. К счастью, принесли наш ужин. Мне она заказала салат из морепродуктов и жаркое.
Я ковырялась вилкой в салате, не чувствуя аппетита. И ждала. Ксения уплетала свой ужин невозмутимо, поглядывая на меня с ненатуральной улыбкой.
Когда в ресторан чуть не строевым шагом вошли шестеро муданжцев, одетых в чёрную псевдокожу и шлемы, моё сердце радостно встрепенулось и забилось у горла от волнения. А вот посетители ресторана уставились на вошедших с явным опасением. Последним в дверном проёме показалась плечистая фигура Архана и тоже во всём чёрном. Только у него не было шлема.
Вся эта компания прямиком направилась к нашему столику, а Барс остановился прямо передо мной.
Он холодно глядел в мои глаза, не обращая внимания на странно пискнувшую Ксению.
— Леди Берман, — ледяной голос Архана резанул по нервам. Он говорил на всеобщем. — Вы арестованы по подозрению в шпионаже и подрывной деятельности. Вам придётся последовать за нами. Наденьте на неё наручники!
Меня довольно бережно подняли со стула, мягко завели руки за спину и надели браслеты на запястья.
Взглянула на Ксению умоляюще, даже не знаю, как получилось это изобразить. Но та, таращившаяся на рослых муданжцев со смесью страха и восторга, мазнула по мне взглядом и отвернулась, подцепляя с тарелки грибочек.
— Увести! — отрывисто приказал Архан.
И в этом строю меня повели из ресторана, как эдакую преступницу. Мы покинули отель через запасной вход, выходивший в безлюдный переулок.
Парни тут же стащили с себя шлемы, переглядываясь с улыбками и шутками.
— Всё, капитан? — спросил здоровенный бородатый бугай и подмигнул мне игриво. — Мы больше не нужны?
— Свободны! — кивнул ему Архан. — Спасибо, парни!
Меня он придерживал за плечо и теперь развернул к себе, довольно скалясь.
— Наручники! — шепнула я, не удержавшись от ответной улыбки.
— Понравилось? — спросил Архан, не спеша меня освобождать. — Я выполнил твою просьбу?
— Спасибо! — ответила шёпотом. — Это было круто. Но как же все те люди в ресторане? Обо мне теперь будут думать демон знает что!
— Там не было местных, — фыркнул Архан. — Одни иномирцы. Кто надо предупреждён.
Он вдруг наклонился и коротко поцеловал меня в губы, отчего всё моё тело прошило горячей волной.
Пока я приходила в себя, от наручников Архан меня освободил. Взял за руку и куда-то повёл.
— Ты навела шороху среди охраны отеля, — весело поделился он. — Мне позвонили и, чуть не заикаясь рассказали о твоей выходке. Принесли тысячу извинений, что были с тобой грубы. Мол, если бы знали, что ты моя девушка…
Оказывается, шли мы как раз к машине, припаркованной в другом безлюдном переулке. Красные бока муданжского автомобиля блестели в лучах заходящего солнца.
— Расскажешь, что там у тебя случилось с той тёткой? — спросил Архан, когда я с наслаждением уселась на водительское место. Сам он садится в машину явно не собирался, смотрел на меня ласково, положив локти на дверцу машины. — Ты была такой бледной, что я чуть не испортил весь спектакль.
— Напишу завтра! — ответила я шёпотом. — Всё это было очень неприятно, мне не хочется думать об этом сейчас. Слишком… противно.
— Доехать-то сможешь? — нахмурился Архан, поднял руку и осторожно погладил меня по щеке. — Хочешь, поеду с тобой?
Я зажмурилась, наслаждаясь мимолётной лаской.