— О тебе думал, — чуть улыбается он. — А ещё про то, как круто повернулась моя жизнь. Но больше о тебе…
Это так мило и невыразимо приятно, это его признание, сказанное так проникновенно, немного удивлённо и искренне, что ли. Что вполне заменяет признание в любви.
— Что ты мне сказала на чужом языке? — встрепенулся Архан уже более бодрым тоном.
— Перевода на муданжский я не знаю, — отвечаю лукаво. — Боюсь, его вовсе нет.
— А на всеобщем? — впивается в меня заинтересованным взглядом. — А на русском?
Обалдело хлопаю глазами.
— Ты знаешь русский язык? — говорю на своём родном.
— Поверхностно, — отвечает мне тоже по-русски. — Не так хорошо, как хотелось бы.
— Я люблю тебя! — осторожно проверяю глубину его познаний.
Неожиданно он весело смеётся, радостно так, словно над хорошей шуткой. Теряюсь окончательно. Не столько обидно, как непонятно, почему его веселит моё признание.
Пытаюсь отползти, но меня притягивают к себе бережно и в тоже время властно.
— Перевода на муданжский действительно нет, — сообщает он мне на ушко, уже не веселясь, а так искушающе, словно соблазняет на новый раунд постельных игр. — Я просто вспомнил слова Императора. Собрались мы как-то в таверне пообщаться и выпить хримги после тяжёлого дня. Азамат и говорит: мол, когда тебе землянка скажет эти три слова по-русски — немедленно хватай её и веди к старейшинам. Чего, мол, ещё гадать, когда всё понятно, если ты не дурак.
— И кому он это говорил? — усмехаюсь я, уворачиваясь от его поцелуев — хочется дослушать.
— Одному парню, который очень хотел жениться на Землянке и как раз собирался отчалить на своём звездолёте, — бормочет Архан, целуя в шею и потихоньку перемещаясь на меня снова. — Он всех уже достал своими мечтами, этот парень, а тут пристал к самому императору. Не поверишь, мы все сначала сидели, переваривая, а потом дружно выхватили наладонники — искать перевод этой загадочной русской магической фразы. Только Азамат так хитро улыбался, словно был уверен — не найдём.
— Нашёл? — усмехаюсь, в восторге от его рассказа.
— Тогда нет, — признался Архан с досадой. — Думал, шутка такая. Потом, уже дома искал тщательно, почитал какого-то психолога, поглядел видюшки всякие по теме, впечатлился, но не очень понял. Вроде, ничего особенного и с сексом связано, но…
Стукнула его кулачком по плечу, но этому Непобедимому Исполину всё нипочём — вряд ли почувствовал.
— Ну, чего ты дерёшься? — Архан смешливо укусил меня за мочку уха, опровергая мои мысли — очень понятливый у меня жених. — Понял я уже, понял, что дурак, и что мне незаслуженно досталась самая прекрасная землянка. И твоя магическая фраза явно не про секс.
Разомлела, конечно, от этих слов, сразу позволила соблазнять меня дальше. А кто бы устоял?
Утром я проснулась первая, попыталась выпутаться из рук и ног своего мужчины, и он сразу зашевелился, потёрся носом о мой затылок, сжал талию, не давая сдвинуться с места.
— Куда в такую рань? — спрашивает сонно.
— Отпусти, — перестала вырываться и меня сразу освободили. — Если умный, сам догадаешься — куда.
— А, ну беги! — усмехнулся он, приподнимаясь на локте и беззастенчиво рассматривая, как я поспешно натягиваю футболку. — Только сразу возвращайся. Ещё час можно спать или заняться в постели чем-то поинтересней.
— Все муданжцы такие ненасытные? — спросила притворно сурово и поспешно сбежала.
Как оказалось, шутить так не стоило. Вернувшись после быстрого принятия душа, с удивлением увидела, что Архан уже встал, надевает халат. Лицо несколько мрачное. С трудом сдержала возглас — ну что еще не так? Ведь настроилась уже на порцию утренних ласк!
— Архан, милый, а ты куда? — прижалась к нему со спины, обнимая за талию.
— Ева, — он осторожно попытался разжать мои пальцы, но не тут-то было — сцепила их на совесть. Силы-то ему хватит, легко может меня скрутить или отшвырнуть, но ко мне почему-то не применяет своей силищи. — Я рядом с тобой действительно немного расслабился.
Это Архан так тонко намекает, что секса мне теперь ждать по большим праздникам? Ну что за мужчина?!
— И хорошо, что расслабился, — бурчу в его спину. — Мне бы хотелось, чтобы мой муж почаще занимался со мной сексом и не заморачивался.
— Но ты сказала…
— Это был комплимент вообще-то! — перебиваю мгновенно. — Извини, что неудачный. Не хочу показаться тебе озабоченной малолеткой или кем-то в этом роде. И признаваться, что хочу твоих ласк почаще — мне стыдно. Но признаюсь — хочу.
— Тебе надо поговорить с духовником, — неожиданно заявляет моё муданжское чудо, но в голосе уже нет упаднических ноток. Он всё-таки легко расцепляет мои руки и разворачивается ко мне, втягивая в объятия. — Я тоже признаюсь, Ева: — хочу тебя очень часто, и мне тоже немного стыдно, что пользуюсь твоей покладистостью в этом вопросе. И нет, на Муданге не свойственно заниматься с жёнами сексом так часто — и разориться можно, и вообще…