— Тебя на день оставить нельзя, — пожаловался он куда-то в потолок, падая рядом со мной. — Поделишься, как угораздило?
Пришлось рассказывать внятно и подробно под хмурым внимательным взглядом. Архан слушать умел, даже своё «Боги! Ева!» приберёг напоследок, когда вскочил и забегал по комнате, дослушав моё: «Помылась и спать пошла».
Встрёпанный и полностью одетый, что я отметила только сейчас, остановился перед кроватью с таким несчастным видом, что я тут же простила ему и рычание, и сердитый укус, и допрос при пробуждении. И как обнаружил царапину?
— Когда ты вернулся? — зевнув, спросила с интересом, принимаясь искать, свесившись с кровати куда-то девшуюся с меня футболку.
— Полчаса назад, — признался Архан мрачно и сунул мне в руки искомое. Потом поспешно достал из кармана телефон и набрал номер, пока я надевала футболку. — Алтонгирел! — позвал уже в трубку. — Что-что? Не просто так. Здесь знающего убитого нашли... Как? С ножом в сердце… Да! В Сирии! ... Да, у леса, в русле пересохшего ручья... Хозяин Леса нашёл, стажёр из полиции, попросил труп зарисовать одну неуёмную девчонку... Ну, да, да, мою невесту… Да, женюсь! Посмотреть бы её… Это же знающий, пусть и мёртвый… Не выпущу, не кричи. И Эцаган? О, ладно, ждём...
Пыхчу, что назвал меня неуёмной. Поймала снисходительный взгляд Архана. Нагло щёлкнул меня по носу, слушая своего собеседника. Но хотя бы не сердится — уже плюс. Даже как-то успокоился весь.
— Не знаю, где эти травки взять, — проворчал Архан в трубку. — Могу гармаррой напоить… Что? Ладно, не буду, дождёмся... Нет. Я её одну не оставлю. С собой привези зелье, она не напугана, а вполне себе вредная и сонная.
Фыркнула, показала ему язык. Жених усмехнулся в ответ почти ласково. Он всё ещё слушал своего старейшину с жутким именем.
— Да там спят все наверняка, пяти ещё нет, — сообщил Архан, не сводя с меня строгого взгляда. — Хозяин Леса? Да ну! Вряд ли доложит кому-то, кроме начальника, а тот, дай Боги, к восьми явится в отделение. Вы уже прилететь успеете, если поторопитесь… Уже летите? Славно... Да нет же, побоятся они идти ночью к трупу знающего — даже с духовником, это же не моя бесстрашная и безголовая землянка, а умные люди! ... Что? Эту обидишь, вон, скалится весело и своей вины, и глупости — не ощущает. Приключение у неё весёлое, а я поседеть боюсь раньше времени... Не-а, воспитывать её бесполезно — Ева, скорее, меня воспитает! ... Не-а, к духовнику не хочет, но пойти обещала... Но сначала пойдём к старейшинам. — Архан показал мне кулак, когда тихонечко хохотнула. — А как же — коня, машину, унгуц и дом в Сирии… Да знаю, что мало… Да, это всё приняла, угу.
— Ещё мешок золота! — шепчу, пытаясь не улыбаться. — И драгоценности.
— Коня сразу, — продолжает признаваться Архан, как на исповеди. Смотрит на меня с весёлой досадой, но не отходит. Жаль, старейшину со сложным именем я не слышу. — И остальное приняла, когда с Хоттон-Хон поговорила.
Я лишь головой покачала. Надо же, неужели духовникам надо всю подноготную рассказывать? Это вроде, как с психологом общаться? А хочу ли я ходить к местному психологу, если с земным ничего не вышло?
— Что? На Дол? — Архан нахмурился, заходив по комнате. — Да как я могу не отпустить, если Хоттон-Хон сама её на Дол пригласила?.. Нет уж, не буду я отговаривать… А меня не приглашали... Вот, если поженят, как вернёмся, может и пригласят... Да дня через четыре прилетим... Завтра? — замерев на месте, удивился Архан. — Почему завтра?.. А-а! Ты будешь? Спасибо, Алтонгирел! И Унгуц?.. Это точно? Ну хорошо, завтра, так завтра... Да готов я уже с неделю… Ева? Сейчас спрошу.
Архан снова подходит ко мне, сидящей на кровати, и смотрит просительно, ещё и на колени опустился, опять пальчики на руках целует. О, теперь коленки. Давлюсь нервным смехом, не хочу, чтобы старейшина меня слышал. Так понимаю, что нас завтра поженить хотят — и страшно, и лучше раньше через это пройти, чем трястись ещё четыре дня. Тем более, что шубка и носки у меня уже готовы, про имя почитала, про бормол подумала. И чего тянуть, когда всё решено?
— Пойдём к старейшинам завтра? — еле слышно озвучивает он свой вопрос. — Так нужно. Пожалуйста, Ева!
— Хорошо! — отвечаю одними губами. И меня тут же целуют смачно.
— Ева согласна на завтра, — Архан так и остался стоять на коленях, пальцы свободной руки с моими переплёл, сжимает нежно, в глаза заглядывает. — Да знаю я, что нам будет не просто, но к Азамату не пойду… Нет, не уговаривай, сами справимся.