- Я не соглашалась… — еле лепечу. Боже, а голос то какой хриплый.
- Вот как?
Ставит он меня на ноги и полностью отпускает. А меня чуть качает. Блин, мы же вроде слюнями обменялись, а я будто под чем-то.
Он разворачивается и идёт к полю, где к нам направляется Андрей.
- Мия, какого ху… — договорить он не успевает, потому что получает по челюсти.
Охрененно чёткий и поставленный удар. Настолько сильный, что Андрей чуть не падает. Отходит на пару шагов назад и заваливается, но всё же ловит равновесие.
А этот киборг не останавливается. Уверенно наступает на него и снова удар. Звук ломающихся костей.
Брызги крови. Долетает даже до моих туфель. Андрей начинает закашливаться кровью и чуть ли не задыхается от этого. Судорожные и булькающие вдохи и выдохи.
А меня в этот момент поглощает ужас, что проходиться по коже нервными иглами и разувечивает.
У Яна на лице появляется кривая ухмылка. Глаза начинают гореть каким-то лихорадочным и безумным блеском удовольствия.
Он наслаждается.
Ещё один удар в лицо, потом по печени. Вскрики девушек тонут в этой безумной тишине. А стоны боли сильнее. Крови всё больше.
Из меня вырывается ужасающий крик, который я прикрываю руками. Это самое жестокое зрелище, что я видела. И даже не потому, что один бьёт другого. Я видела, как парни дерутся. Уж поверьте, у меня старший брат. Да и на районе часто пацаны могли сцепиться. Я ужасаюсь от жестокости и хладнокровия, которое исходит от Яна.
Настоящий демон, что вышел из Ада. Он как греческий Бог Аид — ужасен и прекрасен одновременно.
Воздух будто наполняется его безумием и невероятной, заряженной дикой силой. Что пугает до заледеневших пальцев. До жуткого состояния полной беспомощности и жалкости своего существования перед сильным хищником.
Ян разворачивается, и окружающие отступают на шаг назад, чтоб никому не прилетело. Не попасться под горячую руку. Этот шорох страха пропитал землю.
Он за два удара сломал ему и нос, и челюсть. Кровь испачкала его идеально белый костюм, лицо и руки, волосы растрепались, и чёлка теперь закрывает часть лица.
Я лихорадочно ищу глазами хоть кого-то, чтоб спастись от этого чудовища. Ноги приросли к земле, а рот пересох, что даже звука произнести не в силах. Я испугана до обморока, уверена, что стою белая как простыня, потому что чувствую, как кровь отливает с лица.
От ужаса происходящего начинают литься слёзы. Это ведь просто парень, который для меня успел стать важен, и он ничего не сделал. А это дьявольское создание, удостоверившись, что я смотрю, начинает снова наступать и избивать его с таким наслаждением, что холодный ужас просачивается во все затворки сознания. Пропитывает всё вокруг и овладевает окружающими.
Никто не помогает. Никто не влезает в потасовку и не останавливает это. Всё в таком же оцепенении.
Я теперь примерно понимаю, как он смог справиться с теми тремя парнями в том чёртовом тупичке. Да у них даже шанса не было.
А если учесть, что сейчас он стал ещё больше. Я боюсь, что он просто убьёт Андрея.
- Знаешь, Мия. – голос холодный, разрезающий воздух и как хлыст бьёт по коже. - Пожалуй, я бы мог простить СВОЕЙ девушке слитую фотку сеть. Всё же, что здесь такого. Захотелось похвататься счастьем, — он говорит так спокойно, так хладнокровно, что сознание не может переварить факт увиденных действий, жестокости и этой обыденности в голосе.
Ещё один мощный удар и Андрей падает на землю.
Я вздрагиваю. Прижимаю руку сильней ко рту.
Почему никто не помогает?!
- Даже долбаебу могу оставить жизнь. — садиться на корточки, аккуратно поправив перед этим испачканные кровью белые брюки. Откатывает с невероятной аккуратностью и утонченностью рукава рубашки. Теперь они у него до локтя. Берёт Андрея за волосы на макушке, приподнимая лицо к себе, и заглядывает с диким наслаждением ему в лицо. Будто любуется своей работой, как картинной в галерее.
– Хотя, знаешь, я не думал, что меня может так выбесить, тот факт, что ты, стоя со мной, произнесла имя, какого-то левого парня. Но…пожалуй, я могу простить и это. Но как ты понимаешь, только СВОЕЙ ДЕВУШКЕ.
Делаю ещё пару шагов к ним. Вижу поплывшее лицо Андрея, на котором уже не было живого места. Кажется, ещё один удар и он труп.
Ужас, что захватил меня, не просто усиливается. Он становится будто вязким, осязаемым. Мерзким и липким.
Понимая, что никто и не думает вмешиваться. Даже на помощь никого не зовут. Хотя бы охрану.
Сердце разрывается на части, ужасом пронизана каждая клеточка, а эта холодная улыбка, что мимолётно показалась на лице Чудовищного создания, дала толчок к действию.