«Создал семью, блядь…» — потёр ладонями лицо, взъерошил волосы и подумал о Соне. Об отношениях и чём-то серьёзном сейчас, на данный момент, и речи быть не могло. Но, твою ж мать, меня нестерпимо тянуло к ней. Даже в эту минуту ощущал отчётливую потребность её присутствия, держать за руку, чувствовать её тепло, видеть улыбку, тонуть в её запахе и глазах. Это так странно… не мог понять… но Соня вызывала во мне такие противоречивые эмоции. Она дарила мне умиротворение, спокойствие, одновременно пробуждая во мне голодного зверя, который не мог насытится ею. В ней необычайно сочетается женственная мягкость и порочность, и в такой естественной гармонии, что порочность её совсем не портит. В ней нет ни капли вульгарности, как во многих, знающих себе цену, точнее материальную цену… Соня же знает себе цену личностную, поэтому внешне кажется неприступной, гордой, но внутри она очень страстная и чувственная. Природное женское начало в ней настолько сильное, что ей не нужны вульгарные платья, оголяющие тело, яркий макияж, жеманные манеры и заискивающий приторный голос. Она знает о силе своей привлекательности и женственности, и сама от себя кайфует. Соне не нужны ни чьи оценки и похвалы. В этом её манкость. Это и притягивает к ней мужчин, потому что никому не нравятся зажатые и неуверенные в себе, какими бы они не были красавицами, а вульгарные особы, выставляющие напоказ свои внешние достоинства, часто даже приобретённые под скальпелем хирурга, просто отталкивают. Вот почему хотелось утонуть в Сонечке с головой и наполниться этой гармонией. Она не кричала своим внешним видом, манерой поведения о своём сладострастии, но, в то же время, вся была пропитана сексуальностью, даже не стараясь выпячивать этого, а порочность свою раскрывала только наедине с тем, кого выбрала. Ведь в сексе нет места стеснению и жеманству. Страсть и похоть вскрывают в человеке самые низменные, животные желания и эмоции. И только искренность даёт полное, многогранное наслаждение друг другом.
И даже сейчас, просто думая о ней, я снова ощущал противоречивые чувства: мне хотелось лежать в её ногах, лишь прикоснувшись, целовать щиколотки, ступни, запястья, и одновременно с этим, брать как неистовый зверь, снова и снова наполняя собой, наслаждаясь её страстными стонами и криками, смотреть в её глаза, когда она в экстазе, и ощущать, как она внутри сжимает мой член, кончая.
Посмотрел мессенджер. Соня в оф-лайне. Синхронизировал контакты в нескольких соцсетях, и в двух обнаружил её. С интересом листал её фото, посты с цитатами. Какой-то приют с животными. Занимается благотворительностью? Волонтёр? Из постов не смог этого понять. Появилась в он-лайне. Приятное тепло разлилось в груди, и пальцы сами стали набирать сообщение: «Привет, соблазнительница!» После недолгой паузы Соня написала: «Стас?»
Я: «Кого-то другого ждала?»
Соня: «Нет. Просто не ожидала, что ты в соцсетях под псевдонимом».
Я: «Я же серьёзный бизнесмен в броне». Добавил подмигивающий смайлик. «Почему не спишь?»
Соня: «Собиралась. Честно, глаза слипаются, но я рада, что ты написал».
Я: «Думал о тебе».
Не выдержал и набрал вызов.
— И о чём ты думал? — услышал её голос, обволакивающий, томный, манкий…
— Словами это не передать, — улыбнулся. — Лучше показать.
Соня томно рассмеялась.
— Я подумаю. Поищу в своём плотном графике пару часов, — сказала шутливо, но в груди неприятно кольнуло, снова ревность всколыхнулась в душе.
— Ты не одна?
— Одна, и в моей постели очень много свободного места.
— Это намёк?
— Со мной ужасно неудобно спать, — рассмеялась Сонечка, — потому что я раскидываю руки и ноги, как морская звезда, и ворочаюсь по всей постели. Боюсь, что ты окажешься на полу.
— Врушка. Мы спали уже вместе, забыла?
— Разве мы спали? — иронично спросила. — Так, вздремнули пару часиков.
Усмехнулся. Она была права, в последнюю ночь нам и правда не удалось выспаться. Трахались как кролики, и день был суматошный, не считая перелёта, во время которого вздремнули часок.
— Устала?
— Есть немного. Как прошла твоя встреча?
— Информативно, — не очень воодушевлённо ответил, поэтому Соня всё поняла.
— Проблемы?
— Пока нет, но один человек жаждет мне их устроить.
— Я уверена, что ты справишься. Тем более, что у тебя преданная и профессиональная команда.
— Спасибо за поддержку.
Было чертовски приятно, что она интересуется и искренне верит в меня.
— Прости, пожалуйста, с радостью бы ещё поболтала, но глаза действительно слипаются, а у меня завтра насыщенный день.
— Серьёзные планы?
— Репетиция несколько часов и в воскресенье тоже.
— Репетиция? — удивился.
— Да. У нас с подругой школа танцев. Это моё хобби.
— Почему-то не удивлён, — улыбнулся я.
— Почему?
— Ты красиво двигаешься и очень пластична.
— Оценил мою растяжку? — рассмеялась чертовка.
— И это тоже, — поддержал её смех. — А ещё не могу забыть нашу бачату.
— Мне тоже очень понравилось, — произнесла томным голосом. — Нужно повторить.
— С удовольствием, — улыбнулся и после паузы сказал: — Отдыхай.
— Целую тебя. Всего…
— И я тебя. Спокойной ночи.
Сбросил звонок и, положив руки под голову, закрыл глаза. Чертовски приятно было слышать её голос и смех. Такое умиротворение и спокойствие меня накрыли, что все мысли о проблемах отключились. Не заметил, как провалился в сон.
Субботу начал с тренировки в спортзале, решив наверстать упущенное в связи с поездкой в Милан. Сделав последний подход на гребном тренажёре, подошёл к вещам, чтобы попить воды, и увидел на телефоне пропущенные вызовы от Беркута.
— Что-то нашли?
— И тебе привет, босс, — усмехнулся друг.
— Привет, — поздоровался и полотенцем вытер пот с лица.
— Не совсем. Точнее нашли косяки с банковскими переводами на мутную контору, следы которой теряются в офшоре, но к кому ниточки ведут ещё ищем.
— Твою мать! — выругался, услышав подтверждение моих опасений.
— Стас… — Саня сделал многозначительную паузу, и я напрягся, — подписи везде твои.
Сжал зубы. Кажется, самое время обратится за помощью к Владимиру Алексеевичу. «Уверен, что подписи подделаны, потому что я всегда сам лично и Сашка тщательно проверяем все сделки. Сука! Буду рыть до последнего. Найду крысу чего бы мне это не стоило», — решительно настроился на войну с Соколовским.
— Уже еду.
Весь оставшийся день до позднего вечера был офисе, как и Беркут, помогая аудиторам в розыске следов и улик. Договорился о встрече с отцом на воскресенье, и о срочной подчерковедческой экспертизе, предоставив все имеющиеся образцы почерков сотрудников компании, имеющим доступ к финансовым документам.
Уже в двенадцатом часу ночи ехал домой. Устал жутко, а мысли о делах вообще не хотели меня отпускать. Весь был там. Азарт охоты меня захватил полностью. Шли по следу как легавые ищейки, но пока не обнаружили предателя. Купили кого-то из наших стареньких? Или засланец из новых сотрудников? Надеюсь, что связи Алексея Владимировича помогут мне быстрее найти эту крысу.
Все выходные прошли в напряжённом режиме и поиске. С Соней даже не говорили. Только обменивались сообщениями перед сном. Ужасно хотелось её увидеть, ощутить её тело, её поцелуи, но понимал, что мне нельзя сейчас отвлекаться. Разум должен быть чист, а чувства обострены. Когда не видел её и не слышал манящий голос, то желание к ней удавалось притупить. Но к понедельнику почувствовал, что напряжение моё достигло апогея. Всего за один день подсел на неё как на наркотик. Чем дольше не видел, тем сильнее хотел. Так хотел, что уже не мог сосредоточится на деле. А когда приезжал в свою пустую квартиру, то жажда её близости, ощущалась мной ещё острее. Засыпал с мыслями только о ней.