— Девочка моя, куда ты пропала? Я уже час пытаюсь тебе дозвониться.
— Прости. Телефон стоял не беззвучном режиме, — соврала я.
— Хочу тебя видеть.
— Я уже собиралась спать.
— Замечательно, я тоже, но только с тобой.
— Стас… — сглотнула от волнения, очень хотела его видеть и не только, но сегодня во мне что-то сломалось, — думаю, что нам нужно всё закончить.
— Что за… Соня, что случилось? Кажется, я никак, ни словом, ни поступком не дал повода для… — он запнулся, затем, вздохнув, продолжил: — Это из-за внезапного появления моей жены? — я молчала, не в силах вымолвить ни слова. — Нам нужно поговорить. Я еду к тебе.
— Стас…
— Я еду, и это не обсуждается, — уверенно и твёрдо перебил меня, не дав возможности даже возразить. — Приеду и покажу, что я думаю на этот счёт.
Стас отключился, а я… зачем себя обманывать? Я ужасно была рада, что он едет. Как бы я не старалась себя убедить, что правильнее было бы расстаться, но я нестерпимо хотела его видеть, почувствовать его объятия, уверенные руки, хрипловатый шёпот. Господи, я не могла его отпустить. Теперь он весь во мне, под кожей, в крови, в сердце, в мыслях. Осознала, что не смогу… не смогу с ним расстаться — это будет равносильно самоубийству, после которого мне снова придётся собирать себя по кусочкам. Ну почему? Почему всегда, когда я влюбляюсь, мне так трудно отпустить, словно кусок сердца и души вырываю с кровью, а потом долго зализываю рану.
Вздрогнула от звонка телефона. Не знаю зачем, но приняла вызов, хотя не нужно было. Но сегодня я делала всё словно на автомате. Разум отказывался мыслить рационально.
— Да.
— Соня, пожалуйста, не клади трубку, — взмолился голос.
— Что ты хочешь, Дэн?
— Я очень хочу… хочу тебя видеть, — парень запинался, слышно было по голосу, что очень волнуется. — Завтра я улетаю. У меня важный бой… Хочу… Чёрт! Мне очень нужно тебя видеть. Без твоей поддержки я не смогу… — выдохнул.
— Дэн, ты сильный. Ты всё сможешь, и я тебе не нужна для этого.
— Ты меня вдохновляла, даже когда была далеко. Я думал о тебе… и знал, что вернусь… к тебе… — его голос дрогнул. Он делал паузы, словно подбирая нужные слова. — Без тебя всё потеряло смысл.
Теперь поняла почему его речь так бессвязна — он пьян: «Он же не пьёт. Совсем с ума сошёл, завтра же бой».
— Ты справишься. Вымести злость на меня в бою. Увидишь, тебе станет легче. Прости, если сделала тебе больно. Отпусти меня, прошу.
Зазвонил видео домофон, и я услышала его эхо в телефоне.
— Соня, открой.
— Ты пьян. Уходи.
— Я всё равно попаду внутрь.
— Господи, это так на тебя не похоже.
— О, детка, ты ещё не знаешь на что я способен, — усмехнулся он.
— Именно. Оказывается, я тебя совсем не знала. И то, что сейчас узнаю, мне не нравится.
— Открой. Я хочу с тобой поговорить.
Понимала, что разговорами он не ограничится. Да я и не собиралась с ним говорить. Сейчас приедет Стас. Нужно его быстрее выпроводить. Домофон звонил беспрестанно.
— У тебя есть кто-то?! — Карпов стал заводиться, повысил голос.
— Дэн, прекрати. Уезжай, пожалуйста. Я всё равно не открою, тем более, когда ты пьян.
Это переходило уже все границы. Не было уже сил в сотый раз повторять одно и тоже. Даже уже не знала, что говорить, чтобы ему стало легче, чтобы смог меня отпустить.
— Да, у меня есть мужчина. Ты это хотел услышать? Не заставляй меня сменить номер. Пожалуйста, не звони мне больше. Уходи, прошу тебя.
— Кто он? Сука! Убью! — он уже срывался на крик. — Как ты могла?! Ты трахалась с ним у меня за спиной. Блядь, чёртова стерва!
Сбросила вызов. Не могла прийти в себя. Никак не ожидала от Дэна такой агрессии и оскорблений. Неужели у него нет чувства гордости? Ведь я уже несколько раз его отвергла, а он продолжает настаивать.
Словно подталкиваемая каким-то предчувствием прошла на тёмную кухню. Посмотрела в окно. Поздний вечер буднего дня во дворе был тих, только припозднившиеся собачники иногда проходили мимо подъезда. Окна в домах горели тёплым, жёлтым светом, маня своим уютом. Семьи уже поужинали, кто-то, возможно парами, на мягком диване смотрел телевизор, в детских играли дети, кто-то читал книгу, общался по телефону… За два года я привыкла быть одна, но сейчас очень остро ощутила холод одиночества. Обняла себя за плечи в шёлковом халатике и вздохнула.
Дэн крутился у подъезда, явно на взводе. «Лучше бы пошёл и грушу поколотил», — вздохнув, подумала я. Вот так и верь в отношения без обязательств. Получается, что уговор двух разумных, взрослых людей может разойтись по швам, когда вмешиваются чувства. Мне искренне было жаль, что так сложилось, и Дэну я сочувствовала, но он достоин настоящих чувств, а не жалости.
Вернулась в комнату и, выключив телевизор, села на диван. Наконец-то домофон перестал звонить, и квартира погрузилась в тишину, но я не могла расслабиться. Была как на иголках. Не нравилась мне эта тишина. Снова неприятное предчувствие меня беспокоило. Больше получаса ничего не происходило, а потом раздался звонок уже в дверь. Вздрогнула. Тихо подошла к двери. С опаской посмотрела в глазок. Сердце замерло, и я дрожащими руками открыла дверь.
— О, Боже, Стас, — ахнула я, впустила его и торопливо закрыла дверь. — Что случилось? — коснулась его лица, на котором была ссадина, губа кровила, да и носу досталось.
— Встретился у парадной с твоим Отелло.
— Твою мать, Дэн! — выругалась на бывшего любовника. — Ты дрался с ним?
— Пришлось. Он же сразу кулаками махать начал.
— Он профессиональный боксёр. Мог тебя изувечить.
— Ничего, буду жить, — улыбнулся Стас. — Кроссы у него сильные, особенно правой, но я тоже вспомнил приёмы.
— Занимался боксом?
— Самбо с десяти лет. Бросил, когда занялся бизнесом.
— Чёрный пояс? — улыбнулась я.
Стас кивнул.
— Второй дан, — тронул пальцами нос. — Кажется, нос не сломал, — он усмехнулся, посмотрев мне в глаза. — Сто лет не дрался, тем более, из-за девчонки.
— Мой рыцарь, — чмокнула его в щёку, — пойдём, нужно обработать, — Стас стал снимать кроссовки. — Но как… что с Дэном?
— Не волнуйся он уехал. Отступил перед моими доводами, — снова усмехнулся.
— Смешно? Тебе смешно, а мне нет. Я вообще не знаю, что на него нашло. Он всегда был безобидным. Практически плюшевым мишкой. Никогда бы не подумала, что он способен на такое…
Стас остановил мою тираду поцелуем, и я расслабилась. Его руки заключили меня в объятия, которые моментально подарили спокойствие и ощущение полной защиты. Объятия сжимались крепче, и раздался пронзительный писк. Мы замерли, а я с удивлением посмотрела в глаза Стаса, тот заулыбался как ребёнок.
— Что это?
— Это… — он отпустил меня и из внутреннего кармана ветровки достал крохотного серого котёнка.
От умиления я расплылась в улыбке.
— Какая лапочка, — взяла в руки пушистый комочек с круглыми, ещё серо-зелёными глазками и коснулась губами мокрого носика. Котёнок снова пронзительно мяукнул, показав маленькие зубки и розовый ротик. Прижала малыша к шее и посмотрела на Стаса. — Как он вообще выжил в схватке? — удивилась я, что малыш не пострадал в драке, сидя в куртке Стаса. — Бедный малыш, тебе повезло, что не досталось от этих бугаёв, — наигранно, надув губки, сказала я.
— Я же не зверь какой-то, — улыбнулся Атаманцев. — Я его высадил, почувствовав неизбежное.
— Где ты его взял? — спросила, глядя в карие глаза мужчины, которые радостно искрились.
— Он абсолютно здоров, если ты об этом. Как назовём пацана? — спросил Стас, сняв ветровку и вешая её на вешалку.
— Надо подумать. Ой, а чем я буду его кормить сегодня? — засуетилась я, направляясь на кухню.
Стас достал из кармана баночку с мягким кормом для котят и протянул мне.
— Какой ты предусмотрительный, — улыбнулась.
Пока я накладывала малышу еду в блюдце, Стас, прислонившись плечом к стене, наблюдал за мной.
— Теперь кот у нас есть, осталось приобрести дом, — серьёзно сказал он.
Поглаживая котёнка по спинке, пока он с жадностью ел, вскинула на Атаманцева удивлённый взгляд. Стас улыбался, засунув пальцы в карман джинс. Белая футболка обтягивала его стройный торс, а чёлка, небрежно упавшая на лоб, придавала ему мальчишеское очарование. Тёплый взгляд пронзительных глаз пробирал меня до самой души.