— Не знала, что Соколовский участвует в благотворительности, — пробормотала я.
— Нужно же прикрыть свои грязные дела благородными поступками, — тихо сказал Стас. — Замыливает общественное мнение. Вон смотри, уже и пресса прикупленная тут как тут.
Соколовского сразу обступило несколько журналистов, подсовывая свои микрофоны. Мужчина, с самодовольным видом и добрейшим лицом, заливался соловьём о своих благородных порывах.
Когда все гости были рассажены по столикам с соответствующими на них карточками, организаторы приступили к цели приёма — сбору средств для благотворительного фонда, который оказывал помощь тяжело больным детям. Показывали видеоролики про детей, которым особо остро нужны были срочные операции и лечение. Пламенные речи учредителей фонда. Вовлечение в сбор средств в виде аукциона, на котором продавались картины талантливых детей инвалидов и известных художников, пожертвовавших свои творения фонду для этой цели, и ювелирные украшения.
Стас приобрёл одну из картин и решил побороться за сет изящной работы, состоящий из длинных серёг и колье, знаменитого ювелирного клуба CLUEV, который во всех подробностях продемонстрировали на большом экране, как и остальные лоты. Это была восхитительно тонкая работа, воздушный дизайн в стиле арт-деко из белого золота с бриллиантами и серо-зелёными демантоидами(1). Все знали, что изделия этого бренда эксклюзивны и не имеют повтора.
В борьбу сразу же включился Соколовский, постоянно бросающий на нас взгляды. Добравшись до кругленькой суммы, мужчины остались вдвоём.
— Может стоит отступить? — шепнула я Стасу. — Пусть раскошелится мерзавец.
Стас улыбнулся, но снова поднял ставку.
— Ну уж нет. Я намерен увидеть эту красоту на своей любимой женщине, — улыбнулся он мне. — Он прекрасно подойдёт к твоим глазам.
— Стас… — попыталась возразить, но он меня не слышал, снова подняв ставку.
Не знала, что мой мужчина азартен. Интересно, что им больше двигало: желание приобрести украшения или победить Соколовского. Стас хоть и был явно увлечён, но прекрасно держал себя в руках, излучая спокойствие и непоколебимость. На его лице не дрогнул ни один мускул. Он восхищал своей сдержанностью и был вознаграждён, выиграв аукцион и отдав за это колье сумму, в несколько раз превышающую его реальную стоимость.
Зал взорвался аплодисментами, и организаторы пригласили Стаса выйти на сцену. Поздравления. Благодарности. Речь о пользе дела благотворительного фонда — всё по стандартам мероприятия, но Стас говорил от души. Это чувствовалось. Я знала, что он давно принимает активное участие в жизни фонда, постоянно оказывая помощь детям.
Вечер плавно перешёл к развлекательной части гостей в виде танцев и живой музыки джазового оркестра. Вокруг зазвенел хрусталь, загомонили голоса беседующих гостей, поглощаемые мелодичной музыкой.
Стас вернулся, и к нам неожиданно подошёл Соколовский.
— Поздравляю, господин Атаманцев. Прекрасное приобретение, — протянул руку Стасу.
— Благодарю, — сдержанно ответил тот, пожав руку мужчине.
Соколовский скользнул по мне откровенным взглядом и, не глядя на Стаса, обратился к нему — Убедился, что не зря уступил вам. Эти украшения прекрасно будут смотреться на вашей спутнице. Представите нас? — спросил с улыбкой.
Краем глаза заметила, как Стас сжал челюсти, но ничего не ответил.
— София, — протянула сама руку, чтобы разрядить напряжение между мужчинами.
Соколовский галантно поцеловал мою руку.
— Михаил. Не откажите мне в танце? — обратился ко мне и, переведя взгляд на Стаса, спросил: — Позволите в знак благодарности моей уступке?
— Прошу прощения, но первый танец, я уже обещала Станиславу Викторовичу, — ответила я.
Ужасно не хотелось танцевать с ним. Тем более, что первый танец на таком красивом мероприятии я хотела подарить любимому мужчине.
— Жаль-жаль, — разочарованно сказал Соколовский. — Хорошего вам вечера.
— Спасибо.
Соколовский удалился, а Стас одарил конкурента горящим взглядом. Боже! Просто верх сдержанности, а в глазах словно огонь полыхал. Улыбнулась тому, как Стас незаметно для всех, но очевидно для меня, закипал. Он замер, посмотрев на меня, и я улыбнулась.
— Ну так что? Пригласишь меня?
Он словно очнулся и протянул мне руку. Мы медленно двигались в танце, а я чувствовала, что Стас до сих пор напряжён. То, что Соколовский никак не раскрыл наше с ним знакомство, меня успокоило. Но это и понятно. Совсем не в его интересе это было, пока я нужна ему как инструмент, чтобы подобраться к «ВитаМед». А вот Стас… о чём он думал я могла только догадываться. Хотела разрядить напряжение и отвлечь его.
— Интересно, что больше тебе не понравилось, что Соколовский сказал по поводу аукциона или что пригласил меня на танец?
— Всё, — резко ответил Стас. — Особенно то, как он на тебя смотрел.
После паузы он улыбнулся, посмотрев на меня, и добавил:
— Мне нужно привыкать к этому, потому что на тебя все мужчины так смотрят.
— Ты преувеличиваешь.
— Нисколько. В глаза мало кто осмелиться так смотреть, — усмехнулся Стас, — но я вижу, какие они украдкой бросают на тебя взгляды.
— Они просто завидуют тебе, — прищурилась я.
— Да. Тому, что рядом со мной ты — самая прекрасная и желанная женщина на этом вечере.
— Нет. Тому, что им даже не дотянуться до твоего уровня.
— В этом зале множество мужчин гораздо выше меня по социальному положению и размеру капитала, — иронично возразил мой рыцарь.
— Я совсем не о деньгах, — мягко ответила, хотя знала, что он понимает о чём я. Скромный. Всегда считала, что умеренная и уместная скромность украшает мужчину.
Глаза Стаса вспыхнули страстью, а губы смягчились улыбкой. Он даже будто смутился такому комплименту. Всегда знала, что комплименты обезоруживают мужчин, особенно те, что не были направлены на внешние достоинства. Ведь, в мире настоящих мужчин внешность не столь важна, как другие качества. Но всё, что касалось моего мужчины, я говорила абсолютно искренне. И не устану говорить никогда.
— Едем ко мне?
— А водитель?
— Я его сразу отпустил. Поедем на такси, — он склонился к моему уху. — Мне уже не терпится тебя обнять и поцеловать.
Стас проводил меня к нашему столику и попросил его подождать, пока он с организатором аукциона и представителем фонда решит вопросы, связанные с передачей денег и приобретений на аукционе. В ожидании я потягивала шампанское. Неожиданно рядом со мной оказался Соколовский. Он положил руку на спинку моего стула и слегка склонился. По телу прошла дрожь от его близкого присутствия. Одна без поддержки Стаса я почувствовала себя в опасности. Как бы я не старалась быть сильной, но этот мужчина до сих пор имел надо мной какую-то необъяснимую власть, которая сковывала всю мою решимость.
— Он практически уже ест с твоих рук, — вкрадчиво прошептал со смешком, а меня передёрнуло от его сарказма.
— Ты совсем не знаешь Стаса.
— Я вижу, как он на тебя смотрит. Принципиальный, честный, справедливый… — ухмыльнулся. — Вообще не понимаю, как он до сих пор выжил в большом бизнесе.
— Конечно, такому беспринципному подонку, который ради денег готов пойти на что угодно, не понять, — иронично заметила.
Соколовский опустил взгляд в моё декольте и на секунду замер. Поднял глаза и тихо сказал:
— Будь умницей, малышка. Сделай всё аккуратно. Ты же не хочешь упасть в его глазах до продажной шлюхи?
— Иди на хрен, — прошипела сквозь зубы.
— И я тебя люблю, — тихо рассмеялся, незаметно коснувшись пальцами моей спины. — С нетерпением жду твоего первого платежа, — прошептал близко к моему уху.