— Не нужно травмировать ребёнка. Дочь ты должен знакомить с той женщиной, которая будет в официальном статусе невесты, будущей жены.
Я был ошарашен, а Соня уже выпорхнула из моих рук, скрывшись за дверью ванной комнаты.
— А ты?
— Я? Я любовница, — повернулась ко мне. — Боже, Стас! Только не делай такое лицо, — усмехнулась она, а я понятия не имел, что было на моём лице.
— Но мы же говорили… я тебе дал понять, напрямую сказал, что твёрдо намерен связать с тобой жизнь.
— Да. Я помню. Но ты ещё не разведён, — Соня посмотрела мне в глаза, вешая сумочку на плечо.
— Чёрт! — вырвалось у меня.
— Ты очень торопишься. Давай, получше узнаем друг друга, — подбодрила меня улыбкой.
— Я хочу узнавать тебя до конца своих дней, — притянул Соню к себе и поцеловал, — рядом с собой.
— Идём, я готова.
Устроившись на переднем сиденье внедорожника, Соня включила музыкальную радиостанцию, и в хорошем настроении мы выдвинулись в дорогу. Она подпевала знакомые песни и пританцовывала в кресле. Я смотрел на мою девочку и испытывал счастье, видя её искрящиеся глаза и улыбку.
— Куда едем?
— Это сюрприз.
— Так, судя по направлению, за город, — игриво посмотрела на меня. — М-м, мне уже нравится.
— Я рад, — улыбнулся.
Взял мою девочку за руку и, поцеловав ладонь, переплёл пальцы с её. Положил её руку на своё бедро, когда нужно было включить скорость. А Соня погладила меня по ноге пальчиками. Мне нравились её нежные прикосновения и жесты. Она хотела меня чувствовать, как и я её, и этим мы усиливали наш телесный контакт, даже когда не могли обняться. Выехав на трассу, я перешёл в режим круиз контроля, что нам позволило ещё больше соприкасаться.
— Стас, я всё хочу спросить.
— Да? — ответил, сжимая её руку.
— Ты никогда не думал о развитии нового направления в своей компании. Производить под своим брендом? Это бы дало новый толчок и выход в новую нишу, дополнительный доход, имя компании на рынке уже как производителя. В связи с развивающимися событиями в мире, это будет очень актуально.
— Например? — приподнял бровь с удивлением.
— Я не так давно работаю в твоей компании, но уже немного изучила, делая анализ…
— Немного? Ты отлично ориентируешься в нашей сфере, словно давно этим занимаешься.
— Спасибо. Например, есть одно перспективное, как я считаю, в ближайшие пять-семь лет направление, которое у нас в стране слабо развито.
— Заинтриговала, — улыбнулся, посмотрев на неё.
— Бионическое протезирование.
Задумался, глядя на дорогу. Повернувшись к ней, серьёзно сказал:
— Если честно, я задумывался однажды об этом. Но, Сонечка, это очень сложная сфера, требующая больших капиталовложений.
— Да, я знаю, но… Согласна, это потребует вложений и немаленького срока окупаемости. Но, пока это у нас в стране слабо развито, есть возможность занять место, закрепиться.
— Я изучал этот вопрос. Нужна очень хорошая интеллектуальная база: инженеры высокого уровня, разработки, качественные комплектующие, особенно электроника.
— Я знаю. Но сейчас хорошая возможность, в связи со складывающейся обстановкой на мировом рынке и в политике… Я считаю, что именно сейчас можно успеть. Скоро большая часть мирового рынка будет малодоступна для российского бизнеса.
— Думаешь?
— Уверена. Ты же прекрасно понимаешь, что на самом деле с 2008 года мировую экономику до сих пор лихорадит, и дальше будет всё меняться с ещё большей скоростью. Идёт глобальная перестройка рынков. Возможно, она затянется на несколько десятилетий.
— Это точно… — задумчиво согласился. — Но у нас это почти глухой номер. Почти полностью покупателем является государство, потому что большинству людей это не по карману. Остаётся только получение протеза за счёт ФСС и субсидий. Это занимает иногда очень много времени и большой путь для человека. Потом… — сделал паузу, постукивая пальцами по рулю, — многие просто не умеют ими пользоваться. Да, и… по каким-то причинам не хотят, предпочитая старые механическо-тяговые и косметические протезы. Нужно заниматься просвещением, что тоже повлечёт немалые затраты. Подчас даже большие, чем производство. Параллельно нужно заняться реабилитацией, чтобы научить людей полноценно ими пользоваться.
— Можно создать реабилитационный центр, где по субсидиям людям делать протезы и заниматься этим. Естественно, нужно будет наладить очень много контактов с лечебными учреждениями… чтобы просвещать, чтобы врачи направляли к нам. Именно сейчас уже зарождается эра нейросимуляции в бионике. Будущее за кибернетическими протезами. Да медленно, но перспективно. Плюс это направление несёт социальный смысл, пользу.
— Но у нас уже есть два сильных производителя бионики. Думаешь, можно будет с ними конкурировать?
— Да, потому что в России именно разработки сильная сторона, в отличие от производства.
— Именно, — улыбнулся я. — Основные необходимые комплектующие импортные.
— Анализ показывает, что сейчас в России темпы роста в этой сфере даже выше, чем за рубежом. Нужно больше просвещать людей. Я считаю, что только из-за этого мы немного отстаём. И кстати, даже с импортными комплектующими у нас эти протезы финансово гораздо доступнее для людей, чем за рубежом. Для частных продаж, не финансируемых государством, можно привлекать иностранных покупателей. Дополнительно делать luxury-сегмент для состоятельных клиентов.
Я задумался. Соня меня удивила своим рвением и мышлением в долгосрочной перспективе. В её доводах была логика и трезвый взгляд. Со стороны это казалось малоперспективным из-за того, что при больших вложениях окупаемость медленная. Я ведь и правда задумывался однажды над этим, но из-за загруженности текущими вопросами не решался ввязываться в настолько долгий проект.
— Например, как вариант, можно найти уже готовую команду с разработками, на воплощение которых у них нет средств. Или хороший стартап и инвестировать, — предложила Соня. — Объединиться с единомышленниками, привлечь инвесторов.
Протянул руку и провёл пальцами по её волосам, заправив их за ушко. Нежно улыбнулся.
— Ты ж мой мегамозг, — притянул её к своему плечу и поцеловал в макушку. — Нужно подумать. Это очень долгосрочный проект, — после паузы добавил: — Только для разработки и просчёта бизнес-плана нужно будет сделать очень много работы.
Через короткое время я притормозил на обочине и, повернувшись к Соне, засунул руку в карман пиджака, а она улыбнулась. Поняла, что её ждёт, догадливая моя.
— О-у, нас ждут игры? — увидев в моей руке чёрную повязку, округлила глазки с игривой улыбкой на губах. — Неужели мой рыцарь посетил магазин интимных игрушек? — шутливо спросила.
— Я хочу кое-что тебе показать, но это должен быть сюрприз.
— Фух, а я уже думала, что хочешь завести меня в лес, привязать к дереву и… У тебя есть фантазии, которыми ты со мной не поделился? — рассмеялась она.
— Я похож на маньяка? — рассмеялся, завязывая узел.
Стас обхватил руками моё лицо и поцеловал. Это было очень возбуждающе — целоваться с завязанными глазами, ощущая только его запах и вкус, чувствовать его щекочущее дыхание и тёплые губы. Всё обострялось ещё сильнее без визуального контакта, словно организм задействовал дополнительные осязательные ресурсы. Стас разомкнул поцелуй, отстранившись от меня, и я издала разочарованный стон.
Услышала урчащий звук двигателя, и машина тронулась. Любопытство, что за сюрприз меня ждёт, переполняло, и через пять минут я уже стала в нетерпении ёрзать на сиденье.
— Мы уже приехали? — спросила фразой осла из известного мультфильма.
— Уже приехали? — повторила через десять секунд. — Уже приехали?
Стас рассмеялся.
— Потерпи ещё немного, непоседа моя.
Через несколько минут автомобиль остановился, и я услышала, как Стас вышел. Он открыл дверь с моей стороны, отстегнул ремень и взял меня за руки.
— Осторожно.
Стас подхватил меня, когда я спрыгивала с подножки внедорожника, и крепко прижал к себе, поцеловав в губы. Не успела я насладиться мгновением близости, как он поставил меня на землю и, удерживая рукой за талию, захлопнул дверь.