Девушки задумались над сказанным Евой, у каждой была проблема, которую хотелось решить.
- Но без фанатизма, - добавила она. - Мы же все здесь люди разумные. Просто иногда полезно вытащить фонарик и посмотреть, что там в дальнем углу внутренней антресоли.
Девушки рассмеялись - мягко, с пониманием.
Ева улыбнулась им в ответ с внутренним знанием, что впереди её ждёт что-то важное.
***
Ева вдруг выпрямилась, словно что-то вспомнила, и посмотрела на подруг уже совсем другим, сосредоточенным взглядом.
- Так… - сказала она. - А вас вообще не смущает, что вы до сих пор не спросили, зачем я вас всех сегодня собрала?
Подруги переглянулись.
- Мы думали, ты просто соскучилась, - осторожно сказала Даша.
- Или нашла нового энергопрактика и решила поделиться, - добавила Кристина.
- И заодно рассказать свою загадочную историю о «том самом», - подмигнув сказала Лера.
- Или хочешь всех заставить поехать на ретрит по раскрытию внутреннего фламинго, - вставила Настя.
Ева звонко рассмеялась.
- Серьёзно. Я вас собрала потому что... ну, потому что захотелось.
- Вот и раскрылась великая тайна, - усмехнулась Лера.
- Не перебивай, - отмахнулась Ева. - Я вас собрала, потому что... надоело быть одной умной, красивой и осознанной.
- Справедливо, - заметила Аня. - Такой тяжёлый груз, одной не утащить.
- Именно! - подхватила Ева. - Я вот поняла, что вокруг меня куча людей. Клиенты, художники, путешественники, энергопрактики, мужчины, которые уверены, что цветы - это полноценный подарок.
А поговорить - не с кем. Точнее, поговорить-то есть с кем, но всё время “по делу”: “Ева, у нас новый проект”, “Ева, давай организуем ретрит”, “Ева, у тебя аура под углом, выравни”.
Все рассмеялись.
- И я подумала, - продолжила она, - что я вообще давно не смеялась просто так, по-настоящему - как в школе, когда мы могли ржать на перемене до слёз.
- Я тогда ещё не могла понять, почему мы ржём, - сказала Даша. - Но всегда смеялась с вами.
- Вот! - кивнула Ева. - Поэтому я и решила вас собрать. Чтобы вспомнить, кто мы такие.
Не “юрист, гинеколог, бухгалтер, психолог, мастер по маникюру и художница-эзотеричка”, а просто - мы. Шесть девчонок, которые когда-то всерьёз верили, что могут изменить мир.
- Мы можем, - сказала Настя. - Просто теперь мир отвечает: “Запишитесь заранее”.
- Вот именно, - засмеялась Ева. - Я же даже папе недавно сказала: “Пап, я взрослая, я справлюсь”.
А потом стояла ночью у холодильника, ела мороженое ложкой и думала: “Да ни фига я не справляюсь”.
- Я просто поняла, что начинаю превращаться в какой-то глянцевый аккаунт. Всё ярко, красиво, “в потоке”, “в ресурсе”... а внутри чего-то не хватает. И я поняла, что не хватает мне той Евы, которой я была в школе. Когда мы вместе плакали и смеялись, обманывали физрука и бесили биологичку…
И тут мне стало страшно, что я никогда уже не смогу вернуть ту прежнюю Еву. А потом я вспомнила про всех вас и поняла, что есть выход.
- То есть мы твоя терапия, - сказала Кристина.
- Вы моя реанимация, - поправила Ева. - Без капельницы, но с пирожным. А если серьёзно, - продолжила она уже тише, - я ведь всё время кого-то слушаю, поддерживаю, мотивирую. А потом, когда остаюсь одна, думаю: а меня кто вдохновит?
И вот ответ - вы.
- Ева, ну хватит, - сказала Даша, утирая уголки глаз. - Я сейчас реально прослезюсь, а у меня тушь не водостойкая. Я еще от твоей истории про Египет отойти не успела.
- Знаете, - продолжила Ева, подбадривающе улыбнувшись Даше, - я часто думаю: у нас у всех теперь разные жизни, и каждая чем-то занята. Но при этом - мы всё те же. Мы всё ещё можем обсуждать мир, мужчин, счастье и делать это как будто между делом.
И мне кажется, это и есть счастье - не терять связь. Даже если у кого-то бизнес, клиенты, или ребёнок и муж.
Потому что это всё - надстройка. А под этим есть мы. Те самые, которые когда-то мечтали “жить красиво” и теперь смеются, когда понимают, что красиво - это просто вместе.
- Ты опять начала глубоко, - сказала Даша, - но я почему-то не могу остановить слёзы.
- Это нормально, - ответила Ева. - Я вдохновляю и раздражаю одновременно. У меня дар.
Смех снова вернулся.
Ева чуть откинулась на спинку стула.
- А если серьёзно, - сказала она, - мне просто надоело быть «Евой, у которой всё хорошо».