Парень наносит удар локтем, и Лазарус оступается. Борец торопится помочь ему подняться, и сердце начинает колотиться в моей груди.
Я отворачиваюсь и иду в раздевалку.
После получаса ходьбы в бассейне могу признаться, что колену легче. И вид тоже не подкачал. Напротив моей дорожки окно, отделяющее боксерский зал от бассейна. Примерно на двенадцатом круге появляются какие-то парни и колотят по боксерской груше, но их не сравнить с кикбоксером на ринге.
Поджарый и с идеальными пропорциями, совсем не бодибилдер, у этого парня именно такое тело, какое мне нравится.
Если бы я ходила на свидания, а он не был борцом.
Вылезаю из воды и, присев на край бассейна, выжимаю волосы.
Кикбоксер наносит три удара в корпус и комбинацию. Лазарус откладывает подушку и рукой показывает широкий круг. Парень кивает и бежит по рингу, руки на бедрах, по мускулистой спине течет пот. В углу ринга поднимает бутылку воды и делает глоток. Затем тянет черный объемный шлем, но Лазарус качает головой и подзывает к себе.
Обматываю полотенце вокруг талии и в последний раз скольжу взглядом по его плечам. Наверное, он козел. Я, как и любая девчонка, ценю классное тело, но то, какие чувства вызывает у меня парень, перевешивает все остальное.
Он должен обязательно быть веселым и умным. Если парень ненавидит футбол или фильмы ужасов, долго он не продержится. Спортивный и может сам постирать свои вещи – плюсы.
Рид обладал плюсами. Преуспел в MMA – без допинга – и знал дорогу к прачечной в своем доме. Рид был не идеальным, но опытным. Вот только совсем не веселым, но я этого не замечала. Я потеряла папу. Тогда мое чувство юмора практически полностью отсутствовало.
В раздевалке принимаю душ, переодеваюсь и собираю мокрые волосы в хвостик. А когда выхожу в боксерский зал, Каттер стоит возле ринга. Она видит меня и смотрит на часы.
– Как раз вовремя. По крайней мере, умеешь выполнять указания. Это как раз то, чего бы я хотела от большинства спортсменов, с которыми работаю.
– Спасибо. Что дальше?
– Мне надо определить, в какой форме задняя крестообразная связка и близлежащие хрящи – с помощью силовых и тестов на амплитуду движения. Вероятно, ты делала что-то подобное с доктором Као. Решив, с чего начать, я разработаю план лечения. Будем встречаться дважды в неделю. Я прослежу за выполнением упражнений, за прогрессом и внесу изменения.
– Всего дважды в неделю?
Я ожидала видеться чаще.
Она листает ежедневник, который уже разваливается.
– Ты попала в футбольный сезон. Я консультирую университет Теннесси в Ноксвилле. У принимающего порвана передняя крестообразная связка, а нападающий линейный игрок не покидает список травмированных, поэтому график очень плотный. Но не волнуйся. Три дня, пока меня здесь не будет, будешь тренироваться с моим стажером. Давай познакомлю вас.
– Лазарус, – кричит Каттер. Пожилой мужчина выглядывает из-за подушки, и она показывает на кикбоксера.
Лазарус тут же все понимает. Стучит пальцем по его плечу и показывает на нас. Парень поднимает с мата бутылку со спортивным напитком, откидывает голову назад и, делая большой глоток, идет к нам.
Она же не имеет в виду…
– Борец? Ваш стажер?
Каттер странно смотрит на меня.
– Он стажировался у меня два лета. Знает, что делать. Ты будешь в хороших руках. – Она замечает мой удивленный взгляд и скрещивает руки. – Но если ты мне не доверяешь…
– Нет. Все нормально. – Мне нельзя ее обижать.
– Именно это я и хотела услышать.
Парень останавливается напротив нас и допивает свой напиток. Затем смотрит на Каттер, даже не взглянув в мою сторону.
Она как будто этого не замечает.
– Это Пейтон. Я составляю для нее программу ЛФК. Ты будешь работать с ней в те дни, когда я буду в университете.
Парень скрещивает руки и рассматривает мат, словно пыль у его ног куда интереснее этого разговора. Он явно не в восторге. Работа со мной, вероятно, не вписывается в график его тренировок. Упираю руку в бок. Хочу, чтобы он знал – меня тоже не радует, что вместо профессионального врача я попаду в руки любителя.
Когда он не отвечает, Каттер теряет терпение.
– Ты ждешь приглашения? Сними свой чертов шлем и поздоровайся.
Борец стягивает шлем и бросает его на мат. Мокрые светлые волосы облепили его голову, по лицу текут ручейки пота.