Постукиваю по бинту и притворяюсь, что строго на него смотрю.
Оуэн просовывает большой палец в отверстие на одном конце бинта.
– Я обматываю им руки перед тренировкой. – Он несколько раз обматывает ткань вокруг костяшек. – Мне нравится кикбоксинг, и без боксерского бинта сразу отобью костяшки.
Сдерживаю порыв признаться, что знаю, зачем они ему. Все время обматывала руки Рида за него.
– Ты, возможно, не захочешь слушать про все, связанное с кикбоксингом. Так как ненавидишь борцов.
Он смотрит на меня, и мой желудок совершает кульбит.
Моему телу нужен сигнал, что мы с Оуэном лишь друзья.
– Я сказала, что мне не нравятся борцы.
– Это все меняет, – дразнится он. – Так в чем дело? Должна быть причина. Тошнит при виде крови?
– Я играю в футбол. И все время сталкиваюсь с царапинами и порезами. Кровь меня не пугает.
– Ты считаешь кикбоксинг и MMA слишком жестокими? – спрашивает Оуэн.
– Что-то вроде того.
– Кикбоксинг не ориентирован на причинение вреда. Он сформировался в Таиланде, как способ самозащиты, задолго до того, как стал популярным видом спорта. Для меня это прекрасный способ отвлечься. – Когда я ничего не отвечаю, Оуэн робко улыбается мне. – Отстойное объяснение.
– Нет. В этом есть смысл. Просто никогда не слышала, чтобы кто-то его так описывал. Но я понимаю. Футбол – моя отдушина, по крайней мере, так было прежде.
Постукиваю по жетону и отворачиваюсь.
– Эй? Твоя травма ничего не изменит. Ты снова будешь играть. Просто требуется время.
Оуэн не первый, кто говорит про время, но его слова значат больше, потому что он не обязан был их произносить.
Я сделаю все необходимое, чтобы вернуться на футбольное поле.
Колено заживет. Я верю в это глубоко внутри. Но не уверена, что остальная часть меня заживет.
Глава 20
Желаю, гадаю и «что, если»
ПОСЛЕ ШКОЛЫ Кэм везет меня в ИМКА и за всю дорогу не произносит ни слова. В ту секунду, как машина останавливается, хватаю рюкзак.
– Обратный бойкот, Кэм? Впечатлена. – Похоже, я его задела. Тянусь к ручке двери. – Спасибо, что подвез.
– Подожди. – Он достает из бардачка энергетический батончик и передает мне. – Ты не обедала.
– Не особо люблю столовые.
Кэм стучит по рулю.
– Вот почему пряталась в библиотеке?
– Я не пряталась.
Снова откидываюсь на спинку сиденья.
Близнецы заметили, что я не появилась на обеде, и заставили Грейс проверить туалеты – вдруг я упала, как старушка из рекламы тревожной кнопки.
– Со мной они ведут себя так же, – сказала она. – Особенно Кэмерон.
Когда я вышла из библиотеки вместе с Грейс, близнецы стояли в коридоре и чуть не споткнулись друг об друга, пытаясь показать, что вовсе и не ждали меня.
Кэм не общался со мной весь день – все изменилось минуту назад.
– Тебе разве не надо на тренировку? – спрашиваю я.
Подвозя меня на физиотерапию, одному из близнецов приходится пропускать как минимум пятнадцать минут футбольной тренировки – такое исключение тренер не готов предоставить им на постоянной основе.
Кэм проверяет время.
– Да. Мне пора. Тренер уже злится. Мы заберем тебя, как только закончится тренировка.
– Хорошо. – Встаю на подножку и опускаюсь на землю.
– Ты забыла это.
Кэм перегибается через пассажирское сиденье и держит в руке энергетический батончик. Я беру его и засовываю в рюкзак.
Внутри отмечаюсь и иду искать Каттер. Сегодня в боксерском зале пусто. Лазарус сидит за столом возле ринга и играет в шахматы. Он внимательно рассматривает доску, повернувшись спиной ко мне.
– Каттер разговаривает по телефону, – произносит Лазарус, не оборачиваясь. – Будет через минуту.
– Спасибо. – Подхожу ближе и смотрю, как Лазарус сбивает ладью. – Сложно играть одному?
Он потирает седую щетину на подбородке.
– Когда как. Мне нравится изучать доску с обеих сторон стола. Это напоминает мне о прежних днях, когда я боксировал. До интернета и модных кофейных напитков, названия которых невозможно произнести.
Темно-коричневая кожа Лазаруса настолько гладкая, что сложно угадать его возраст. Выдают лишь глаза. Он похож на человека, повидавшего жизнь.
– Бокс и шахматы. – Он подмигивает. – Два из трех любимых предпочтений. Оба требуют стратегического мышления. Надо спланировать следующий шаг и одновременно понять, что предпримет твой противник. Но намного сложнее, когда кто-то идет на тебя с хуком справа.
Бокс и шахматы? Бокс скорее напоминает испытание на скорость, силу и выносливость, чего не скажешь о шахматах.
– У вас хорошо получалось? – спрашиваю я.