– А почему ты решила, что учиться он должен именно там?
– Потому что все богачи отправляют своих отпрысков учиться за границу. – сведя брови ответила она, словно я спросила какой-то бред.
– Но ты не то чтобы богач, да и они делают это ради статуса и для того чтобы наследник их бизнеса имел диплом Европейского университета, что более весомо для партнеров и расширения империи. Данилу не светит наследовать чей-то бизнес, поэтому он мог легко поступить и в лучший университет столицы. Так почему ты отправила его именно в Европу?
– Потому что он гей! – выпалила она очевидную первопричину. – А так уж исторически сложилось что в России геев не любят...и пиздят.
– Ну он парень не глупый, 17 лет прожил же как-то без проблем. Так почему ты решал, что именно сейчас что-то измениться?
– Вот именно, что я не хочу ждать пока все измениться и потом накладывать ему швы, потому что какие-то гопники из подворотни увидят, как он с парнем за ручку гуляет.
– Ну тогда почему ты так переживаешь даже из-за призрачной вероятности что ему навредят?
–Потому что я люблю его! – Он прекрасный парень, добрый и жизнерадостный, который не должен страдать только потому, что кого-то ебет то, что он ебет парней! Я хочу, чтобы он жил свободно и счастливо, чтобы наслаждался жизнью, а не скрывался. Он этого достоин. А не того, чтобы этот Эдик морочил ему голову призрачными надеждами.
– Ну вот мы и выяснили что ты не хочешь, чтобы Даня вернулся в Россию и стал жить рядом с тобой, только потому что ты любишь его и заботишься. – подытожила я. На лицо какой-то извращенный избегающий тип привязанности. –Интересно не находишь?
– Нахожу что твой прием какой-то бред. – фыркнула она пренебрежительно.
–Ну это с какой стороны посмотреть...Да пусть переезжает. Переведешь его в Московский университет. Проблем с эти быть не должно, никто не откажется от студента, что учился за границей. Из твоих рассуждений можно сделать вывод что по большей части тебя не устраивает не сам факт того что он переедет, а причина по которой он это делает – Эдик. Я считаю что тебе лучше не лезть и если этот говнюк разобьёт ему сердце еще раз, то это будет только Данина ответственность и его урок. Пусть набивает шишки, но так он хотя бы будет рядом с тобой.
–Как сложно быть матерью. – простонала она и подняла лицо в небо. – Вот вынашиваешь его девять месяцев. Потом рожаешь двенадцать часов, встаешь по ночам кормить его, подгузники менять, терпишь пока у него зубы режутся, учишь ходить, потом говорить, читать, писать, а он тебе через двадцать лет: Привет, это Эдик теперь я буду жить с ним, в стране где мне за это могут пырнуть ножом или посадить за пропаганду.
Рассмеявшись ее тираде, мы сменили тему. Вскоре к нам присоединились опоздавшие. Про одну из них я вам уже рассказывала – Ульяна Марсо, а в девичестве Лапина. Она та, что врезалась в машину ресторатора и выскочила замуж, а потом укатила с ним во Францию. Когда-то мы с ней вместе работали на Кастэра и я подсказала ей, что в Москву приехал открывать ресторан один интересный мужчина в самом рассвете сил без жены и детей, зато с капиталом два миллиона евро. Дальше она сделала все сама. Ульяна находчивая девчонка, как вы понимаете.
– А помните историю с тем шейхом? – воскликнула она, когда мы с девочками еще не перестали смеяться с прошлой темы. – Мы тогда с Крис решили, что как-то давно мы в Дубай не гоняли. Ну вы понимаете и денег заработаем, и отдохнём, а если нормальные пропадутся, то и с новым телефоном можно уехать или с бриллиантщиком.
– Это когда было? Мы уже были знакомы? – уточнила я .
– В году восемнадцатом. – ответила Кристина, отпив свой коктейль. – Ты и раньше «общие темы» не очень любила, а тогда уже элитной стала и чисто по постоянникам работала и к новым выезжала только если Кастер сам отправлял тебя на охоту. Поэтому ты не с ними была.
– Ну да, так вот!– отмахнулась Уля возвращаясь к теме.– Прилетели мы значит туда партией как обычно, а нас не в отель везут, а домой к шейху. Стоим мы значит десять телок, подходить к мужикам нельзя, разговаривать с ними нельзя, видите ли, мы грязные, а они сидят все закутанные, курят свой кальян и смотрят на нас словно в зоопарке. Строгости на нас на всех нагнали, но мы то не первый день в профессии так сказать не из пугливых. Ну мы по тихой набухались с Крис и в уголок спрятались чтобы нас не дай Бог не заметили и не выбрали. А главный шейх, жирный такой, с бородой и огромной бородавкой на правой щеке, вдруг подзывает старшего нашего и выбирает Крис.
Мы все засмеялись, а не столько самому ее рассказу, как тому, как именно она это делала и жестикулировала при этом.