— Вы не знаете этого. Это же дикие животные.
— Итан Уэйт, совершенно очевидно, что ты совсем не любишь животных. Эти малыши безвредны, — тетя Грейс осуждающе уставилась на меня, — и что ты предлагаешь? Их мама пропала. Они умрут, если мы о них не позаботимся.
— Я отвезу их в общество защиты животных.
Тетя Мерси в ужасе обеими руками прижала белок к груди:
— Общество защиты животных! Это же убийцы! Они их точно убьют!
— Хватит разговоров обо всяких обществах. Итан, подай мне вон ту пипетку.
— Это еще зачем?
— Каждые четыре часа их надо кормить из этой малюсенькой пипетки, — объяснила тетя Грейс. Тетя Прю держала одного из бельчат на ладони, пока он свирепо сосал кончик пипетки. — И раз в день мы ватной палочкой чистим их интимные места, чтобы они научились сами ухаживать за собой.
Я надеялся, что этого зрелища не застану.
— И откуда вы все это знаете?
— Мы прочитали в Е-нтернете, — гордо улыбнулась тетя Мерси.
Я не имел ни малейшего представления, откуда тетки прознали про существование Интернета, у них даже тостера не было.
— А как вы добрались до Интернета?
— Тельма отвезла нас в библиотеку, а мисс Мэриан помогла нам. У них там есть компьютеры. Знаешь?
— И ты можешь посмотреть все, что угодно, даже всякие грязные картинки. Вот то и дело самые грязные картинки вылезают на экран. Представь только!
Под «грязными» тетя Грейс, видимо, подразумевала эротические, что, по моему мнению, должно было навечно отвадить их от Интернета.
— Я хочу еще раз вам повторить, что это очень плохая идея. Вы не можете их оставить у себя навсегда. Они вырастут и стану куда агрессивнее.
— Конечно, мы не собираемся за ними всю жизнь присматривать, — тетя Прю качала головой, будто это я предложил такую идиотскую идею. — Мы их выпустим на заднем дворе, как только они смогут о себе позаботиться.
— Но они же не будут знать, как добывать пищу. Вот почему нельзя приручать диких животных. Если их потом выпустить, они умрут от голода, — это вполне могло сойти за аргумент, который подействует на сестер и спасет меня от посещения отделения интенсивной терапии.
— Ты ошибаешься. В Е-нтернете обо всем написано, — отозвалась тетя Грейс. Откуда взялся в сети сайт о воспитании диких белок и прочистке их интимных частей ватными палочками? — Надо научить их собирать орехи. Ты закапываешь орехи и учишь белок искать их.
Я мог бы догадаться, к чему она клонит. В итоге часть дня я провел закапывая на заднем дворе микс из разнообразных орехов для бельчат. Я гадал, сколько мне надо будет вырыть этих маленьких нор, чтобы тетки были довольны.
Через полчаса моих земляных работ я начал находить в земле разные предметы: наперсток, серебряная ложечка, кольцо с аметистом, которое не выглядело ценным, но было хорошей отговоркой от закапывания орехов на заднем дворе. Вернувшись в дом, я застал тетю Прю в ее очках для чтения с самыми толстыми линзами, роющейся в пачках пожелтевших газет.
— Что вы читаете?
— Я просто ищу кое-что для мамы твоего друга, Линка. ДАР нужны кое-какие заметки об истории Гатлина для Тура Южного Наследия, — она пролистывала одну из пачек. — Но очень трудно найти что-то из истории Гатлина, чтобы в ней не упоминались Равенвуды.
Последнее слово, которое хотели бы слышать в ДАР.
— В смысле?
— Да без них, я ручаюсь, Гатлина вообще бы не было, поэтому очень сложно написать историю города, и не упомянуть их.
— Так они, и правда, одни из основателей? — Мэриан говорила об этом, но мне как-то не верилось.
Тетя Мерси взяла верхнюю газету из стопки и поднесла ее так близко к глазам, что буквы у нее должны были уже двоиться. Тетя Прю выхватила газету:
— Дай сюда. Я раскладываю по порядку.
Ну, если тебе не нужна помощь, — тетя Мерси повернулась ко мне. — Равенвуды были одними из первых в этих местах, верно. Где-то в 1800 году они получили здесь большой земельный надел от короля Шотландии.
— В 1781 году. У меня тут газета, — тетя Прю помахала перед нами желтым листом бумаги. — Они были фермерами, а в округе Гатлина была самая плодородная земля во всей Южной Каролине. Хлопок, табак, рис, индигофера№ — все здесь росло в одном месте, хотя обычно эти сорта вместе не растут. Как только народ понял, что здесь можно вырастить все, что душе угодно, рядом с Равенвудами вырос целый город.