На уроке гончарного искусства, пока я должен был лепить глиняный горшок, Лена рассказала мне о Барбадосе, где вода встречается с небом в тонкой голубой линии, и ты уже не можешь различить, где кончается одно и начинается другое.
На английском, пока мы писали сочинение по книге «Доктор Джекилл и Мистер Хайд», а Саванна Сноу смачно причмокивала жевательной резинкой, Лена рассказала мне о своей бабушке, которая разрешила ей выпить 7-Up с помощью красной лакрицы вместо соломки.
Лена рассказала мне о Мэйконе, который, несмотря ни на что, приезжал на каждый ее день рождения, где бы она ни находилась.
Той ночью, не сомкнув глаз ни на минуту, изучая Книгу Лун, мы вместе встречали рассвет — хотя она была в особняке Равенвуда, а я у себя дома.
Итан?
Я здесь.
Я боюсь.
Я знаю. Лена, тебе нужно немного поспать.
Я не хочу тратить время на сон.
Я тоже.
Но мы оба знали, что это неправда. Просто никто из нас не желал снова видеть эти сны.
«НОЧЬ ПРИЗВАНИЯ ЕСТЬ НОЧЬ ВЕЛИЧАЙШЕЙ СЛАБОСТИ, КОГДА ВНУТРЕННЯЯ ТЬМА ОБЪЕДИНЯЕТСЯ С ВНЕШНЕЙ ТЬМОЙ, И НАДЕЛЕННЫЙ СИЛОЙ ОТКРЫВАЕТСЯ ПРЕД ВЕЛИКОЙ ТЬМОЙ, ЛИШЕННЫЙ ЗАЩИТЫ, БЕЗ ОБЕРЕГОВ, ЩИТА И ОХРАНЫ. СМЕРТЬ В ЧАС ПРИЗВАНИЯ ЕСТЬ ОКОНЧАТЕЛЬНАЯ И ИЗВЕЧНАЯ…»
Лена захлопнула Книгу.
— Я больше не могу это читать.
— Все так серьезно. Не удивительно, что твой дядя все время такой обеспокоенный.
— Как будто недостаточно того, что я могу превратиться в какого-нибудь злого демона. Так я еще могу и умереть окончательно и бесповоротно. Добавь это в список, сразу после надвигающегося конца света.
— Понял. Демон. Смерть. Конец света.
Мы снова были в саду Гринбрайера. Лена передала мне Книгу и откинулась на спину, уставившись в небо. Надеюсь, она просто играла с облаками, а не думала о том, как мало всего мы узнали за все эти дни, проведенные за Книгой. Но я не просил ее помогать мне, пролистывая страницы в старых садовых перчатках Аммы, которые были мне чрезвычайно малы.
В Книге Лун были тысячи страниц, и некоторые из них содержали больше одного Заклинания. В их расположении не прослеживалось никакой рифмы, никакой логики, по крайней мере, я их не видел. Оглавление было словно чей-то набросок, лишь отдаленно соответствующий содержанию книги. Переворачивая страницы, я надеялся наткнуться хоть на что-нибудь полезное. Но большинство страниц выглядели как обычная тарабарщина. Я уставился на слова, которых не мог понять.
I DDARGANFOD YR HYN SYDD AR GOLL
DATODWCH Y CWLWM, TROELLWCH A THROWCH EF
BWRIWCH Y RHWYMYN HWN
FEL Y CAF GANFOD
YR HYN RWY’N DYHEU AMDANO
YR HYN RWY’N EI GEISIO.
Вдруг мне что-то бросилось в глаза, и я узнал слово из цитаты, висевшей на стене в кабинете моих родителей: «Pete et invenies». Ищи и ты найдешь. «Invenies». Найдешь.
UT INVENIAS QUOD ABEST
EXPEDI NODUM, TORQUE ET CONVOLVE
ELICE HOC VINCULUM
UT INVENIAM
QUOD DESIDERO
QUOD PETO.
Копаясь в мамином латино-английском словаре, я быстро записывал перевод слов на обложке. Вскоре передо мной было целое Заклинание:
Чтобы Найти Пропажу
Распутай связь, и вновь сплети
Произнеси Заклинание
И я смогу в тот час найти
То, о чем тоскую
То, что ищу.
— Я кое-что нашел!
Лена села, заглядывая мне через плечо.
— О чем ты говоришь?
Судя по интонации, она не надеялась увидеть что-то стоящее.
Я дал ей прочитать свои написанные куриной лапой строчки:
— Я перевел вот это. Похоже, его можно использовать, чтобы найти что-нибудь.
Лена склонилась ближе, проверяя мой перевод. Ее глаза расширились.
— Это Заклинание-Поисковик.
— Звучит так, будто мы можем использовать его, чтобы найти ответ и узнать, как снять проклятие.
Лена положила Книгу себе на колени, внимательно изучая страницу. Затем она указала на другое Заклинание, которое было как раз над этим.
— Думаю, это то же самое Заклинание только на уэльском.
— Оно поможет нам?
— Не знаю. Мы даже толком не знаем, что мы ищем, — она вдруг нахмурилась, мгновенно теряя энтузиазм. — Кроме того, произнести заклинание не так-то просто, как это может показаться, и я никогда раньше этого не делала. Все может пойти не так.
Она что, шутит?
— Пойти не так? Куда уж хуже, чем превратиться в Темного Мага в день своего шестнадцатилетия? — я выхватил Книгу из ее рук, подпаливая ромашки на кончиках пальцев перчаток. — И зачем мы тогда раскапывали могилу в поисках Книги, и тратили недели в попытке понять, что она может нам сказать, если мы даже не собираемся попробовать? — я держал Книгу, пока одна из перчаток не начала дымить.