Лена подняла вверх одну ладонь:
— Остановись. Сейчас же.
Сарафина не послушалась. Лена сжала ладонь. И огненная полоса взмыла вверх над высокой травой. Огонь полыхал, разделив мать с дочерью. Сарафина застыла на месте. Она не ожидала, что Лена способна на гораздо большее, чем она полагала: небольшой ветер и мелкий дождичек. Лена застала ее врасплох.
— Я никогда ничего не стану от тебя скрывать, как все остальные в нашей семье. Я прояснила возможные для тебя варианты и при этом сказала правду. Ты можешь меня ненавидеть, но я все еще твоя мать. И я могу предложить тебе то, чего они не могут. Будущее со Смертным.
Пламя взлетало все выше. Огонь распространялся будто самопроизвольно, пока, наконец, языки пламени не окружили Сарафину, Ларкина и Хищника. Лена засмеялась. Смехом таким же жутким, как и у ее матери. Несмотря на то, что она находилась на другом краю поляны, от ее смеха по моему телу побежали мурашки.
— Тебе не следует делать вид, что ты заботишься обо мне. Нам всем известно, какая ты сука, Мама. И, полагаю, это единственная вещь, с которой согласны все здесь присутствующие.
Сарафина вытянула губы и подула, как будто послала воздушный поцелуй. Только при этом огонь изменил свое направление и помчался по траве, окружая Лену.
— Скажи, что ты думаешь об этом, милая. Попробуй сделать что-нибудь.
Лена улыбнулась:
— Сожжение ведьмы? Как банально.
— Если бы я хотела тебя сжечь, Лена, ты уже была бы мертва. Не забывай, что ты не единственный Созидатель.
Медленно Лена подалась вперед и сунула одну свою руку в огонь. Она даже не поморщилась, ее лицо совершенно ничего не выражало. Потом она сунула в огонь и вторую руку. Подняла их обе над головой, держа ими огненный шар, так, будто это был мячик. И швырнула его со всей силой, на которую была способна. Прямо в меня.
Огненный шар врезался в дуб позади меня, и ветки его воспламенились быстрее, чем сухие щепки. Огонь побежал вниз по стволу. Я спотыкаясь пошел вперед, стараясь отойти подальше. Я шел, пока не достиг стены моей тюрьмы-невидимки. Но на этот раз ее не оказалось. Я дюйм за дюймом месил ногами грязь, выползая оттуда. Подняв глаза, увидел Линка, свалившегося рядом со мной. Дуб позади него горел даже ярче, чем мой. Огонь взмыл в темное небо и начал распространяться по всему полю. Я рванул к Лене. Не мог думать ни о чем другом. Линк, спотыкаясь, кинулся к своей маме. И лишь Лена и огненная полоса разделяла нас от Сарафины. И в тот момент казалось, что этого вполне достаточно.
Я дотронулся до плеча Лены. Учитывая темноту, она должна была подпрыгнуть от неожиданности, но она знала, что это я. Она даже не взглянула на меня.
Я люблю тебя, Ли.
Не говори ничего, Итан. Она все слышит. Я не знаю этого наверняка, но думаю, что она всегда все слышала.
Я посмотрел через поле, но за огненной стеной не увидел ни Сарафину, ни Хантинга, ни Ларкина. Я знал, что они были там, и знал, что они, скорее всего, попытаются убить нас. Но я был с Леной, и на один короткий миг только это имело значение.
— Итан! Беги за Райан. Дядя Мэйкону нужна помощь. Я не смогу долго сдерживать ее.
Я сорвался с места прежде, чем Лена успела договорить. Что бы ни сделала Сарафина для уничтожения связей между нами, это более не действовало. Лена вернулась в мое сердце и мои мысли. И пока бежал по неровному полю, волновался я лишь об этом.
За исключением того, что почти наступила полночь. Я побежал быстрее.
Я тоже тебя люблю. Поторопись…
Я посмотрел на часы на своем мобильном. 11:25. В очередной раз стукнув в дверь Равенвуда, я в отчаянии нажал на полумесяц над дверным косяком. Ничего не произошло. Ларкин, должно быть, сотворил что-то с порогом, не позволяя переступать через него, но я не знал, как он это сделал.
— Райан! Тетя Дель! Бабушка!
Я должен был найти Райан. Мэйкон ранен. И Лена может оказаться следующей. Я не мог предсказать, что предпримет Сарафина после того, как Лена ей отказала. Линк споткнулся о ступеньку позади меня.
— Райан здесь нет.
— А Райан доктор? Мы должны помочь моей маме.
— Нет. Она… Я объясню позже.
Линк принялся мерить шагами веранду:
— Это все происходит на самом деле?
Думай. Я должен думать. Я тут совсем один. Сегодня ночью Равенвуд стал своеобразной крепостью. Никто не может войти туда, по крайней мере, не Смертные, а я не могу позволить Лене проиграть.
Я набрал номер единственного человека, который — по моему мнению — не покроется мурашками, оказавшись в эпицентре сверхъестественной бури вместе с двумя Темными Магами и Кровожадным Демоном. Человека, который и сам был кем-то вроде сверхъестественной бури. Аммы.