— Это все так печально, — сказала Лена, глядя на меня.
— Они были влюблены. Шла война. Не хочу вас огорчать, но конец плохой, по крайней мере, очень на то похоже, — Мэриан допила чай.
— И при чем здесь медальон? — я показал на фотографию, почти что страшась своего вопроса.
— Предположительно Итан подарил его Женевьеве, как символ тайной помолвки. Мы никогда не узнаем, что случилось с ним. Никто никогда его больше не видел после той ночи, когда умер Итан. Отец Женевьевы выдал ее замуж за кого-то, но по легенде, она хранила его всю жизнь, и он был похоронен вместе с ней. Говорилось, что это очень могущественный талисман — разрушенный союз разбитых сердец.
Меня трясло. Могущественный талисман не был похоронен с Женевьевой, он был в моем кармане — Темный талисман, если верить Мэйкону и Aмме. Я чувствовал, как он пульсировал, будто подпрыгивал на горячих углях.
Итан, не надо.
Мы должны. Она может помочь нам. Моя мама помогла бы нам.
Я сунул руку в карман, развернул носовой платок, чтобы коснуться изношенной камеи, и взял Мэриан за руку, надеясь, что в этот раз медальон сработает. Ее чашка упала на пол и разлетелась на кусочки. Комната закружилась.
— Итан! — закричала Мэриан.
Лена взяла ее за руку. Комната погрузилась в темноту.
— Не волнуйтесь. Мы будем с Вами все время, — голос Лены звучал словно вдалеке, и я услышал звук отдаленного оружейного выстрела.
Через считанные секунды в библиотеке пошел дождь…
Потоки дождя обрушивались на них. Поднимался ветер, начиная задувать огонь, хотя было уже слишком поздно.
Женевьева смотрела на то, что осталось от ее большого дома. Сегодня она потеряла все. Мама. Евангелина. Она не могла потерять и Итана…
Иви по грязи подбежала к ней, неся в юбке все то, что попросила Женевьева.
— Я опоздала, Пресвятой Боже, я опоздала, — заплакала Иви. Она нервно оглянулась. — Ну же, мисс Женевьева, пойдемте, мы ничего не можем сделать.
Но Иви ошибалась. Было еще кое-что.
— Еще не поздно. Еще не поздно, — Женевьева повторяла, как заведенная.
— Вы сходите с ума, дорогая.
Она посмотрела на Иви с отчаянием:
— Мне нужна книга.
Иви отступила, качая головой.
— Нет. Вы не должны связываться с этой книгой. Вы не знаете, что делаете.
Женевьева схватила пожилую женщину за плечи:
— Иви, это единственный выход. Ты должна принести её мне.
— Вы не понимаете, о чем вы просите. Вы не знаете ничего об этой книге…
— Принеси ее мне, или я сама ее найду.
Клубы черного дыма поднимались позади них, огонь еще вспыхивал местами, доедая то, что осталось от дома.
Иви сдалась, приподняв свои изодранные юбки, она повела Женевьеву через то, что когда-то было лимонной рощей ее матери. Женевьева никогда не была в этом месте. Ничего кроме хлопковых полей здесь не было, по крайней мере, так ей всегда говорили. И у нее никогда не было повода бывать здесь, разве что изредка, когда они с Евангелиной играли в прятки.
Но Иви шла очень целеустремленно. Она точно знала, куда она идет. В отдалении Женевьева все еще слышала звук выстрелов и душераздирающие крики ее соседей, на глазах которых сгорали их дома.
Иви остановилась возле диких зарослей ежевики, розмарина и жасмина, обвивавших старую каменную стену. Там, сокрытый зарослями, был маленький сводчатый проход. Иви проворно нырнула в арку. Женевьева последовала за ней. Проем, видимо, был в самой стене, потому что обвитая многолетними дикими лозами арка имела идеально ровную полукруглую форму.
— Что это за место?
— Ваша матушка не хотела, чтобы вы прознали про это место, иначе вы бы поняли, что это.
Издалека Женевьева увидела, что из высокой травы выступают небольшие камни. Конечно. Семейное кладбище. Женевьева вспомнила это место, она была здесь однажды, в детстве, когда умерла ее прабабушка. Она вспомнила, что похороны были ночью, ее мать стояла в высокой траве, в лунном свете, и шептала слова на языке, который не понимали ни Женевьева, ни ее сестра.
— Что мы здесь делаем?
— Вы сказали, вам нужна книга, верно?
— Она здесь?
Иви остановилась и недоуменно посмотрела на Женевьеву:
— А где же еще ей быть?
В глубине стояло еще одно здание, увитое плетущимися растениями. Склеп. Иви остановилась у двери.
— Вы уверены, что хотите…
— У нас нет на это времени! — Женевьева потянулась было к дверной ручке, но таковой там не оказалось. — Как это открывается?
Пожилая женщина поднялась на цыпочки, чтобы достать до верха двери. В тусклом свете пылающего вдалеке огня Женевьева разглядела маленький гладкий камень с вырезанным в нем полумесяцем. Иви положила руку на камень и нажала. Каменная дверь поползла в сторону со скрежещущим звуком. Иви потянулась за чем-то внутри склепа. За свечой.