— Марта, — вмешалась Джесси, — по-моему, ты опережаешь события…
— Но она должна как следует подготовиться, — не унималась Марта и, подпрыгнув от переполнявшей ее энергии, вытащила из вороха подарков коробку с маркой известного фармацевтического магазина. — Ты только посмотри, что я тебе купила!
Клер достала из коробки неведомый медицинский прибор с помпой и целой кучей приспособлений, о назначении которых догадаться было невозможно.
— Что это? — спросила она.
— Молокоотсос, — объявила Марта. — На случай, если у тебя возникнут проблемы с кормлением.
— А разве я буду кормить грудью? — спросила Клер.
— Это еще не факт, даже если молоко появится. Видишь ли, некоторые мои знакомые ходили на курсы по кормлению грудью, но у них все равно ничего не вышло, — мрачно сказала Марта, энергично накачивая помпу. — Эх, надо было купить тебе электрический молокоотсос! Правда, с ним можно вообще без груди остаться… Короче, если у тебя не получится кормить грудью, будешь откачивать свое молоко, давать его ребенку из бутылочки, а излишки хранить в морозилке.
Клер в нерешительности разглядывала прибор, и Марта, конечно же, по-своему истолковала ее реакцию:
— Не беспокойся — если у тебя не получится, позвонишь в специальную службу, «La Leche», и тебе привезут свежайшего молока от другой мамаши. — Марта внезапно нахмурила лоб. — Но не вздумай сливать теплое молоко в ту же емкость, что и замороженное, а то разморозится.
— Господи, да у меня еще и молока-то нет, а я должна волноваться, не разморозится ли оно?
Заметив, что зрачки Клер расширились от волнения, Джесси почувствовала: это не к добру.
— Давайте сменим тему, — предложила Джесси, из последних сил стараясь предотвратить взрыв. — Почему бы нам не перейти к десерту, пока еще не очень поздно?
Направляясь к холодильнику за Нининым тортом, Джесси не удержалась и тайком взглянула на часы. Было ровно десять. И в ту же самую минуту раздался пронзительный звонок.
«Слава богу. Джесс Дарк. О, как я люблю тебя!» — подумала Джесси, бросаясь к старомодному аппарату, висящему на стене.
— Да? — сказала она, еле дыша.
Услышав ответ, Джесси словно онемела, потом взяла себя в руки и проговорила:
— Нет, не интересует. Прошу вычеркнуть меня из ваших списков.
Подруги прислушались к разговору, и им показалось, что голос Джесси звучит как-то необычно, почти грубо.
— Нет, мне не нужна ваша карточка, и, более того, я считаю, что необходимо принять закон, запрещающий брать такие проценты. — После ответа собеседника Джесси смягчилась: — Извините, я понимаю, что это ваша работа — обзванивать всех по списку, и вы просто отрабатываете свой хлеб, но я прошу вас больше сюда не звонить.
Джесси бросила трубку и повернулась к подругам. Они не сводили с нее глаз.
— Ну вот, — промолвила она, — это «Ситибанк». Предлагают новую карточку. Ростовщичество, узаконенное ростовщичество… Но скоро они свое получат: моя следующая книга называется «Смерть у банкомата, или Кредиты-убийцы». И что самое любопытное, власти закрывают на это глаза. Хотела бы я знать, почему.
— Ты совершенно права, — сказала Лисбет, взлетая на качелях.
Джесси покосилась на подругу и заметила, что у той в зубах незажженная сигарета.
— Не кури, — попросила она ее.
— Между прочим, курение вызывает не только рак легких, — забубнила Марта, — но еще и рак языка, губ и…
— Да я просто подержу ее во рту, — тихо успокоила их Лисбет.
Джесси тяжело опустилась на диван рядом с Клер.
— Ладно, мне должен был позвонить один человек, — призналась она и добавила: — Вы его не знаете.
Джесси машинально протянула руку к «Эль-Конквистадору». При всех недостатках этого вина у него обнаружилось одно существенное достоинство: бутылка казалась бездонной. Джесси налила себе очередной бокал и залпом осушила его. Прощай, Джесс Дарк. Любви конец. Я больше не увижу твоей груди с золотыми завитками, не коснусь твоих сосков… Не будет ни первоклассного секса, ни смеха во время любви… ни жестких сильных губ… ни долгих страстных взглядов…
Ладно, так тому и быть. Но боль не утихала: Джесси хотела знать, почему он не сдержал слово. Может, она зря сказала, что любит его? Может, причиной тому ее искалеченная грудь? Как он мог так скоро забыть о ней? Безотчетно, словно повинуясь чужой воле, Джесси потянулась к мобильному телефону, который глубоко презирала. Он лежал на кофейном столике — изящный, черный, похожий на маленький пистолет.