Марта, по-видимому, пропустила эту реплику мимо ушей: она была слишком увлечена монтажом переносной кроватки. Манипулируя деревянными планками, она закрепляла борта согласно инструкции.
— Мне нужно торопиться, а то опоздаю в ресторан. Обещайте, что выставите меня за дверь через пять минут. Я серьезно.
Нельзя не признать, что Марта весьма успешно справилась со своей задачей: кроватка была собрана, и теперь благодетельница наполняла ее мелкими подарками.
— Но, Джесси, как ты могла так со мной поступить? Как можно было устроить этот вечер именно сегодня — в день рождения Дональда? Ему ведь сегодня сорок лет — со-рок. О чем ты вообще думала? Разве я не предупреждала тебя? Предупреждала, причем годзиллион раз! Ты знаешь, как мне хочется увидеть Клер, но я никак не могу остаться. Ровно через пять минут гоните меня в шею. Обещаете?
— Да, — хором поклялись Нина, Лисбет и Джесси.
Джесси сделала глубокий вдох и попыталась снова войти в роль хозяйки.
— Послушай, Марта, сегодня мы решили вспомнить о традициях. Пусть Клер сама распакует все подарки, а мы будем передавать их по кругу и разглядывать.
— Но мой слишком большой, — возразила Марта. — И потом, ты только посмотри: так же лучше.
Опасаясь, что Клер может прибыть до ухода Марты, подруги заговорщицки переглянулись.
— Она хочет поставить Клер в неловкое положение, — шепнула Джесси Нине и Лисбет. — Что нам делать?
Марта подняла кроватку и почти угрожающе потрясла ею над головой.
— Вы только потрогайте этот каркас — какой прочный, а? Недаром я выложила за нее больше трехсот баксов. Но, прошу вас, не говорите Клер, — не хочу, чтобы она чувствовала себя… обязанной.
Марта переводила взгляд с одной подруги на другую. Глаза ее лихорадочно блестели.
«Она сегодня как с цепи сорвалась, — отметила про себя Нина. — Ох, не избежать нам беды!»
— Да, кто-нибудь в курсе, у Клер есть прикрытие? — спросила Марта.
— Какое прикрытие? — не поняла Лисбет.
— Страховое! «Голубой крест» или «Голубой щит»?
Джесси решила, что пора вмешаться:
— Марта, это личное дело Клер. Прошу тебя, не поднимай эту тему при ней.
— Ну конечно! — крикнула Марта. — По-твоему, я должна спокойно смотреть, как она рожает дома на индийской циновке или африканском коврике? Она вообще собирается обратиться к врачу? Очнитесь, дамы, если вы дорожите подругой. Я готовлюсь к худшему… У меня чутье на эти вещи, и, как только она исчезла, я сразу заподозрила — что-то нечисто. И знаете, мои худшие опасения оправдались, когда я увидела ее по дороге сюда.
— Ты видела Клер? — едва не сорвалась на крик Джесси.
— Представь себе, да. Изменилась она до неузнаваемости, — с готовностью сообщила Марта. — Я не собиралась об этом рассказывать, вскоре вы сами убедитесь, и все же… сперва я даже приняла ее за… бомжиху. Какая-то вся всклокоченная, в бейсбольной куртке и расшнурованных кроссовках. Растолстела страшно! Мне неприятно об этом говорить, но она… превратилась… в старую ведьму. Все лицо в морщинах… шея в складках… Положа руку на сердце, она выглядит слишком старой и невменяемой, чтобы заводить ребенка. Ей нужна наша помощь.
Не находя слов от волнения, подруги опустились на диван.
— А я думаю, это была не Клер, — наконец прервала молчание Джесси. — Ну не могла она так измениться! Наверное, та женщина просто похожа на Клер…
— Во всяком случае, — многозначительно сказала Марта, — я позвала ее, а она, даже не обернувшись, вскочила в автобус.
Джесси встала с дивана и с тревогой покосилась на входную дверь. Бедная Клер, не дай бог она это услышит!
— Ну вот что, — обратилась к подругам хозяйка, — до прихода Клер мы должны кое о чем договориться. Мы все ее любим и знаем, какая она… ранимая. Я очень прошу вас — будьте… осторожны, обдумывайте каждое слово. Мы ведь не хотим ей нанести душевную травму.
И в эту самую минуту раздался звонок.
— Это она! — завопила Марта, подбегая к переговорному устройству. — Прямо гора с плеч свалилась. Я уж думала, что уйду, не дождавшись ее. — Опередив Джесси, она нажала на кнопку, чтобы открыть дверь новой гостье.
А та, стоя внизу, яростно давила на кнопку «Жирар. 12 А». Она была вне себя от ярости и вопила так, что ее голос можно было услышать не только в трубке домофона, но, вероятно, он разносился по всему вестибюлю. Причиной тому послужила непростительная ошибка старины Говарда: он решил возобновить процесс, в некотором роде прерванный Мартой.
— Ах ты, урод! — верещала Сью Кэрол (а это была она), пытаясь удержать многочисленные сумки. — Быстро застегни ширинку, слышишь?