— На распродаже оно стоит всего двенадцать девяносто девять, — пояснила Нина, подливая себе вина, — зато по вкусу тянет долларов на пятьдесят и оказывает волшебное расслабляющее действие.
— Оно оказывает разрушительное действие на вашу ДНК, — поправила ее Марта, бросаясь к бару.
Джесси почувствовала себя так, словно стала свидетельницей дорожного происшествия: казалось, что все тянулось очень долго, хотя на самом деле — не больше секунды. Марта вцепилась в бокал, не давая Клер поднести его ко рту.
— Да брось ты, — сказала Клер, — глоток красного вина…
— Еще никому не повредил, — подхватила Сью Кэрол. — Никому-никому! Моя мама каждый день выпивала во время беременности, и посмотрите на меня.
Марта посмотрела.
— О господи… — выдохнула она и снова обратилась к Клер: — Твои хромосомы…
— Приказали долго жить, — заявила Клер, обняв Джесси.
Та не знала, как себя вести. Она слышала, что беременную женщину могут арестовать за употребление алкоголя. Теперь в метро и даже на банках пива пишут: «Алкоголь опасен для нерожденного ребенка». Но что тогда с Европой, где все пьют вино за обедом, и ничего? Может, там целые страны сплошь заселены олигофренами?
— А как насчет европейцев? — спросила Джесси, не чувствуя уверенности в собственном голосе.
— Да вы только посмотрите на них, — крикнула Марта, едва не брызжа слюной. — У них все наперекосяк, и, возможно, алкоголь служит этому объяснением. Мировые войны… эти их странные фильмы. Прошлым летом я посетила шесть стран и увидела там кучу людей с отклонениями в развитии. И потом, Клер, даже если целый континент безответствен, это тебя не извиняет. Ты уже достаточно опытная — во всяком случае, мне так казалось.
Возникла пауза. Джесси почувствовала, что Клер как током ударило. Высокое напряжение. Джесси знала: несмотря на весь свой добрый нрав, Клер может не на шутку разозлиться. В глубине ее существа живет гнев, дающий о себе знать редко, но зато с вулканической силой. Если станет слишком жарко, такое извержение может произойти.
— Марта полагает, — с отчетливостью, достойной Марты, произнесла Клер, — что я напрасно собралась рожать без мужа.
— Этого я не говорила, — возразила Марта. — Но вы хотя бы помолвлены?
— Нет, — смеясь, ответила Клер. — Я уже беременна, так зачем мне муж? К тому же дома у меня очень тесно.
— Но вы хоть встречаетесь?
Джесси подумала, что плохо выполняет свой долг хозяйки (раз Марта все еще здесь).
— Марта, пожалуйста, не превращай вечеринку в допрос.
— Да все нормально, — успокоила ее Клер.
— Между прочим, ты обещала, — напомнила Лисбет, — что расскажешь нам о нем, когда мы все соберемся.
Джесси искренне любила Лисбет, но в тот момент готова была ее придушить.
— Не вздумай выходить замуж, — сказала свое слово Сью Кэрол. — Поверь мне, дорогуша, одной куда лучше.
— Ну, давай, рассказывай об этом парне, — поторопила Нина.
— Сперва я должна выпить, — сказала Клер с улыбкой, но каким-то нейтральным тоном.
— Может, минеральной воды? У меня есть «Пеллегрино» с газом и без, — предложила Джесси, не надеясь на согласие.
— Нет, я люблю красное вино. — Клер взяла бокал за ножку, поднесла его к губам и ухмыльнулась. — Да я только понюхаю. — Она сделала глубокий вдох и комично-громкий выдох. — До свиданья, ручки! До свиданья, ножки!
«Неужели и вправду выпьет?» — забеспокоилась Джесси.
Клер вернулась к кофейному столику и прихватила еще чипсов с зеленым чили. Бокал она поставила на стол.
«Вот и молодец, — молча одобрила ее Джесси. — Ешь на здоровье, но только не пей». Она взглянула на Марту: та в нерешительности переминалась с ноги на ногу, не в силах уйти, пока вопрос с выпивкой не утрясен окончательно.
Клер плюхнулась на диван и зашуршала упаковочной бумагой. В руках у нее мелькнул первый подарок — блестящий белый пакет от Лисбет.
— Начни с моих, я ведь должна идти, — почти потребовала Марта.
«Открой ее подарки, Клер, и она уйдет», — мысленно приказала Джесси.
Но Клер уже разглядывала крестильную рубашечку с кружевами.
— Ах, какая прелесть! — хором воскликнули подруги.
Лисбет тихо встала со своего места и села рядом с Клер.
— Правда, симпатичная? Я просто не могла удержаться.
В коробке обнаружился еще и чепчик, который Клер радостно нацепила на себя, игнорируя слова Марты о том, что чепчик детский.
— Но Клер он тоже идет, — вступилась за подругу Лисбет. — А эта ночная сорочка — для тебя. Вы будете здорово смотреться в кружевах.