— Инкосана! — сказал тот, опираясь прикладом винтовки о землю.
— В чем дело, Умтакати?
— Я должен поговорить с тобой, инкосана.
— Ты один?
— Нет, я не один. Со мной женщины и дети.
— Где они?
— Инкосана, я отвел их в твой коттедж.
— Хорошо, я увижу тебя там. Но не приходи ко мне с оружием в руках. Ты ведь знаешь, что я офицер правительства.
— Я знаю, что ты индуна. Но я пришел с оружием, чтобы ты правильно понял меня. Я не хочу обманывать тебя.
— Хорошо, иди.
Зулус сделал приветственный жест и исчез в темноте. Линда тяжело дышала, глаза ее были широко раскрыты.
— Том, он стал мятежником, он вне закона. Зачем ты разговариваешь с ним?.. Что он сказал тебе?
— Он привел женщин и детей из Края Колючих Акаций и хочет поговорить со мной.
— Том, я тебя не понимаю. Ведь он был вооружен. Его следовало расстрелять на месте.
Том повел ее обратно в гостиную.
— Может быть, и следовало, Линда. Но я не собираюсь этого делать. Он честный человек, и я знаю его с тех пор, как помню себя. Не забывай, ведь он легко мог убить нас обоих. Жизнь за жизнь — это общепринятое правило.
— Что случилось? — К ним бросилась Эмма и, схватив Линду за руку, заглянула в ее расширившиеся от страха глаза.
— Приходил Умтакати для переговоров, — ответил Том.
— Клянусь богом, это интересно, — сказал майор Кэвелл. — Мы могли бы кое-что узнать у него.
— От него вы ничего не узнаете. Скорей он выведает кое-что у вас, — заметил мистер Эрскин.
Том собрался в путь, и через полчаса он уже ехал к коттеджу в сопровождении майора Кэвелла и Шоу, ученика надсмотрщика. Он не был вооружен, но двое других имели при себе револьверы. Приближаясь к веранде коттеджа, они проехали мимо десятка неподвижных фигур, завернутых в одеяла, и почувствовали знакомые запахи корней мака, жира, дыма и молока — запахи зулусской семьи. Умтакати поднялся на веранду один. Он снял украшения и оставил где-то винтовку.
— Инкосана, — тихо сказал он, усаживаясь на корточки у входа, в то время как Том продолжал стоять. — Я пришел просить разрешения оставить мою семью у тебя; здесь они будут в безопасности.
— Почему ты думаешь, что здесь они будут в большей безопасности, чем дома?
— Я много думал, инкосана, и решил так.
— Кто же здесь?
Он назвал их, считая по пальцам: две его жены, причем младшая беременна; пятеро детей; его сводная сестра Номлалаза с двумя дочерьми, достигшими брачного возраста; старуха, мать жены его брата, и внук. Том вспомнил, что Номлалаза — мать Эбена Филипса, его сводного брата, и подумал — какая это ирония судьбы, что она привела своих невинных дочерей искать убежища в Раштон Грейндже. Он позвал ее, и она гордо вошла в комнату. Полная и величественная, она никого не стеснялась и ходила, грациозно покачиваясь и высоко подняв свою красивую голову.
— Где твои дочери? — спросил Том.
Она кивком головы пригласила их в комнату, и они уселись у ног матери, спустив одеяла с плеч, словно считали своим долгом показать восхитительную красоту своего тела. Груди их были увешаны нитями голубых, белых и красных бус, у обеих была светлая кожа и обе удивительно походили на мать. Это бросалось в глаза с первого взгляда.
— Хорошо, пусть твоя семья остается здесь, — сказал Том. — Я прослежу, чтобы их не обижали.
— Инкосана! Том-хранитель дороги! — загремел Умтакати.
— Когда ты уходишь?
— Я уйду сейчас.
— Есть ли здесь поблизости еще вооруженные люди?
— Нет, инкосана. В целой округе на расстоянии дня ходьбы никого нет. Они сюда не придут.
— Я должен заявить о тебе властям, ты понимаешь?
— Я понимаю.
— Если тебя убьют, о твоей семье позаботятся. Но надеюсь, что этого не случится.
— И я верю, Том, что ты вернешься к своей жене целым и невредимым.
Том задул лампу и вышел вслед за остальными на темную веранду. Начался дождь, но женщины и дети не тронулись с места.
— Позаботься о том, чтобы у всех было место для ночлега, — сказал он Номлалазе. — Прощайте. Умтакати, когда я снова проеду мимо коттеджа, тебя уже не должно здесь быть.
— Меня не будет, — мягко ответил великан. — Прощай.
По дороге к большому дому они почти не разговаривали. А когда Том рассказал отцу обо всем, что произошло, старый банкир лишь ехидно рассмеялся.
«Ты еще посмеешься, когда узнаешь, кто они», — подумал Том.
— Эти люди — просто загадка. — Майор Кэвелл закурил сигарету и потушил спичку. Больше он не сказал ни слова о случившемся. Прощаясь с Линдой, он заметил: — Держу пари, что этот дом сейчас — самое безопасное место в стране.