— Вы хотите стрелять пулями дум-дум? — прямо спросил он.
— Нет, сэр, — ответил самый молодой, и все остальные повторили:
— Нет, сэр.
— Это делает вам честь, — сказал он. — Дум-дум — не солдатское оружие. Это — оружие убийц, все порядочные страны мира запретили эти пули.
— Я слышал, что полиция и пехота уже пользуются ими, — заметил Дональдсон.
— Тем хуже. Я верну их обратно и возьму обычные.
— Мы согласны, сэр.
— Хватит ли нам патронов, пока мы не получим новых?
— Хватит, сэр, если не попадем в серьезную переделку.
Том нашел адъютанта, майора Кэвелла, в его палатке, где тот сидел за наскоро сколоченным столом. Вид у него был здоровый, лицо загорело, отчего волосы казались еще белее, а серые глаза — совсем светлыми. Он расправил плечи и улыбнулся.
— Возьми стул, Том.
Том достал из кармана обойму с пулями дум-дум и положил ее на бумаги майора Кэвелла, повернув к нему их страшные головки. Они посмотрели друг на друга.
— Да, Том… я знаю. Это чертовски неприятно.
— Я не намерен пользоваться ими, сэр.
— У нас нет выбора. Мне очень жаль, но таково положение. Мы получили их последними, а вообще-то они теперь в ходу.
— А ядовитых газов мы еще не получили?
— Том, ради бога, не волнуйся. Мы с тобой тут бессильны. Между нами, в Лондоне уже был страшный скандал из-за наших дел, и это стало известно всему миру.
— Очень рад слышать. Как же это обнаружилось?
— У кого-то заговорила совесть, и из Кейптауна проскользнула телеграмма. Такую вещь трудно скрыть.
— Но последствий-то никаких. Мы продолжаем в том же духе, и пули дум-дум взяты на вооружение.
— Да, последствий никаких, и будет даже хуже. К этому неизбежно ведут такие события, как убийство Хемпа и Макрея. Взгляни-ка сюда.
Майор Кэвелл протянул ему свежую газету и указал на переданный по телефону отчет о дебатах в английском парламенте. Заголовок гласил: «Протест в палате общин».
«Мистер Уорд. Не является ли марка V пулей дум-дум, употребление которой в цивилизованных войнах поставлено под сомнение?
Мистер Черчилль. Пуля дум-дум изготовляется в арсенале Дум-дум в Индии. Если достопочтенный член парламента желает спросить, принадлежат ли марки VI и VI к разрывным пулям, то я полагаю, что они действительно к ним принадлежат.
Мистер Флинн. Не было ли запрещено употребление пуль дум-дум в начале бурской войны?
Мистер Черчилль. Совершенно справедливо, что в войне с цивилизованным противником считалось весьма нежелательным применять подобные пули».
— Понятно, — сказал Том. — Кто такой этот мистер Черчилль?
— Это новый заместитель министра колоний — радикал, которому доводилось быть и консерватором.
— А Уорд и Флинн?
— Просто радикалы. Важно, Том, что это — новое правительство, а в Англии это означает, что у него не будет ни совести, ни гуманности, когда дело коснется его собственных интересов. Совесть появляется только у оппозиции, а у кабинета министров — не раньше, чем за несколько месяцев до новых выборов. Два месяца назад имперское правительство пыталось запретить нам расстрелять одиннадцать зулусов. Сегодня, получив на выборах подавляющее большинство голосов, либералы чувствуют себя в безопасности и потому предоставляют нам свободу действий. Мы можем убивать сколько хотим и любыми средствами, включая и пули дум-дум. Вот почему всеобщие протесты ни к чему не ведут и вот почему мы с тобой тут бессильны.
— Я не могу согласиться с этим. Я не вижу никакой разницы между стрельбой по зулусам и стрельбой по цивилизованному противнику. Девять пулевых ранений из десяти излечиваются, но из десяти ранений пулями дум-дум девять неизлечимы и смертельны. Почему мы должны стрелять в зулусов этими страшными пулями? Солдаты мы или убийцы?
— Позволь мне говорить с тобой как с младшим по возрасту, Том. Я уважаю и ценю твои взгляды, но в армии нет места личным мнениям. В гражданской жизни — сколько угодно. Но ты сам захотел стать офицером и теперь должен выполнять приказания.
— Да, я сам захотел, но, ей-богу, я все чаще подумываю о том, чтобы подать в отставку.
— Почему же ты этого не делаешь?
— Я не могу сейчас объяснить вам всего, сэр. Вы знаете, что я подал прошение об отставке три месяца назад, но потом взял его обратно. Мой взвод отказывается стрелять этими пулями, и я прошу вас, сэр, достать нам обычные пули, если даже мне придется заплатить за них из собственного кармана.