— Убить колдуна, — невнятно пробормотал кто-то.
— Братья, я не преступник! — крикнул Коломб. — Если меня в чем-нибудь обвиняют, пусть приведут доказательство и передадут дело на суд вождей.
— Пусть его судят, — сказал чей-то голос.
— Здесь есть только один человек, который заслуживает смерти. Это тот, кто обманул нас, — продолжал Коломб. — Где эта пещера, где обезьяна и где умкову? Все это — ложь. Этот глупый старик — мой враг, потому что я вижу его насквозь и знаю, что он мошенник. Вы сами знаете, что его первого следовало бы убить. Его снадобье — один обман.
Коломб поднял свою винтовку и прицелился в Малазу.
— Я околдован! — пронзительно закричал знахарь.
На губах у него выступила розовая пена, и он забился на земле в припадке. Присутствующие решили, что Коломб действительно околдовал его. То, что они увидели собственными глазами, было убедительнее того, что они услышали. Их потряс рассказ Малазы, но они не совсем поверили ему. Как сумел простой смертный, да еще христианин, оживить мертвеца и обращаться с колдовскими снадобьями, о которых можно услышать только из легенд, что рассказывают у костра? А вот припадок Малазы был доказательством, которое они видели собственными глазами.
— Колдун… убей… убей… кровь…
— Остановитесь, братья. Не приближайтесь ко мне. В этой винтовке нет снадобья. Это оружие войны. Я убью десять человек, прежде чем вы дотронетесь до меня.
Он повернулся кругом, держа черное, блестящее от смазки дуло винтовки на уровне их груди. Передние ряды попятились назад, но остальные продолжали напирать. Офени, Мбазо и Умтакати, выйдя из рядов, встали рядом с обвиняемым.
— Если его обвиняют, пусть судит суд, — спокойно повторил отец Коломба, стараясь не смотреть на трясущееся тело знахаря. Лицо его сморщилось, и каждая косточка его высохшего тела говорила о том, как он страдает. Но уже протянулись руки, чтобы оттолкнуть этих троих от Коломба.
— Убейте преступника, пока он не совершил новых преступлений, — раздавались голоса. — Колите его!
Ряды разомкнулись, и появилась высокая фигура Бамбаты. За ним следовал Мангати и еще два самых грозных военачальника, Макала и Мгану, — люди с характером, как о них говорили. У Бамбаты и Мангати были красные глаза, они осунулись от невероятной усталости. Коломб понял, что после того, как он пошел к Люси, вождь еще долго шагал по сонной степи в лесу, одолеваемый тяжелой заботой, которая лежала у «его на плечах. Он еще не ел, не опал и не отдыхал.
— Что за ссора? — раздраженно воскликнул Бамбата. — Разойтись! К оружию! Враг близко. Глупцы… Вы хотите попасть в капкан?
Воины с криком разбежались во все стороны. Малаза без всякого достоинства кое-как поднялся на ноги и заковылял вслед за ними. Макала и Мгану собрали импи и рассказали воинам о движении неприятеля и о безопасных районах, где можно укрыться. Они приказали им быстро следовать к месту назначения.
— Опять ты, — сказал Бамбата Коломбу. — Я предупредил тебя. У нас и так много забот…
Туман был густой и влажный. «Тра-та-та-та», — приглушенно и обманчиво близко вдруг раздалась пулеметная очередь.
— Забили барабаны белых, — Бамбата взглянул вверх и насторожился.
Он подозвал Мангати и вместе с ним направился туда, где стояли их лошади. Они сели на коней и поскакали к Младенцу, чтобы посоветоваться с ним и узнать у него, когда же наконец вступят в борьбу миллионы людей, которые только и ждут его слова.
Как дым исчезли тысячи мужчин, и женщины снова скрылись в своих лесных убежищах. Если белые части окружат лагерь, они найдут там только пепел, шалаши да кучи нечистот. Где-то среди ущелий в полной безопасности, как надеялся Коломб, идет своим одиноким путем Люси. Он побежал догоняя отряды зонди, которыми теперь командовал Мгану.
Глава XXIV
ЭКСПЕДИЦИЯ
Железный капкан захлопнулся, но как это случалось не раз и прежде, без пользы. Стратегический маневр, предпринятый отрядом быстроногих мятежников, направил главные части белых по ложному следу, а затем их сбил с пути какой-то седобородый старец, который прикинулся перебежчиком и завел полковника Эльтона с его армией в ущелье, находившееся в двух милях западнее того места, где размещались основные силы Бамбаты. Прежде чем ошибка была обнаружена, старику удалось скрыться и этим спасти свою жизнь. Усталым солдатам и наемникам пришлось тащиться обратно по опасным, почти отвесным подъемам и спускам, пока они наконец не наткнулись на покинутый Бамбатой лагерь. Они сожгли соломенные шалаши и прочесали соседний лес. В тайном укрытии Том обнаружил десятка два женщин и приказал им выйти на открытый, заросший травой склон, где они разместились под охраною его взвода. Женщины в высоких красных головных уборах, с бусами на груди сидели, закутавшись в свои одеяла, разговаривали и даже смеялись. Белые солдаты старались не замечать их, но, несомненно, были потрясены. Женщины были так смелы; несколько часов назад рядом с ними были их воины, а теперь на них смотрели дула винтовок врага. Они, по-видимому, понимали, что их вывели на открытое место ради безопасности, и поэтому время от времени отпускали шутливые замечания по адресу охраны. Горнисты протрубили «сбор», и Том подождал, пока последние шеренги измученных наемников не вышли из леса.