Тимми отыскал ее у ворот сада, и она открыла ему калитку. Он узнал ее, только когда она заговорила с ним. Голос ее задрожал, когда она сказала:
— Тимми, не осуждайте меня, я вступила в армию.
— Зачем вам все это, мисс? — с недоумением повторял он.
— Пожалуйста, Тимми, не задавайте вопросов. Вы можете найти для меня лошадь?
— Вам придется спросить у лейтенанта Эрскина.
— Его здесь нет, вы потом ему все объясните. Ждать его мне некогда, он может приехать не скоро. А на фермы или на укрепленный лагерь могут напасть…
— Он здесь. Уиненский полк легкой кавалерии выгружается на станции. Я только что оттуда, мисс.
Он ждал ее ответа. Кругом было темно, луна спряталась в облака, и она была рада, что он не видит ее лица. Тимми был невысокий паренек, ниже ее ростом, но упругий, как проволока.
— Мисс, — сказал он, — может быть, мы пойдем на станцию встретить лейтенанта Эрскина? Оставьте карабин здесь; он, наверно, покажется вам слишком тяжелым.
— Нет, — ответила она, — я возьму его с собой.
По-видимому, большинство обитателей укрепленного лагеря собралось на станции. Люди толпились под газовыми фонарями платформы и сновали во мраке. Вагоны с лошадьми и пассажирские вагоны были отведены на запасные пути, чтобы освободить сквозную линию. Люди, похожие на манекены, неутомимо бегали взад и вперед, и под их ногами скрипели галька и шлак.
Тимми усадил Линду в маленьком зале ожидания. Она сидела на краю скамейки совсем одна, поставив карабин между коленями и опустив голову. Шипел единственный в комнате газовый рожок. Снаружи до нее донеслись взволнованные голоса и шарканье ног по гравию платформы. Глаза ее были закрыты, а пальцы еле удерживали карабин. Шаги заставили ее вздрогнуть, но она не подняла головы. Она чувствовала, что в дверях зала кто-то стоит. Линда поняла, что это Том. Ее виски и лоб похолодели, она была уверена, что вот-вот потеряет сознание. Он стоял, не двигаясь, и она боялась взглянуть на него. Может быть, он ее не узнал — Тимми мог сказать только, что его кто-то ждет.
Сняв шлем, она встала. Он уже вошел, был совсем близко, и она увидела в его глазах внезапную боль и удивление — это был взгляд человека, которого только что ранило. Его усталое, измученное лицо, казалось, осунулось еще больше. Карабин у нее упал, он его поднял.
— Почему… Разве они вербуют девушек? — спросил он.
— Я кавалерист полка Ройстона.
Она неожиданно рассмеялась, и кровь снова прихлынула к ее лицу. Он смотрел на медные буквы Р. П. на ее воротнике, на плохо подогнанный мундир, на волосы, свисавшие неопрятными локонами и завитками. Он отдал ей карабин.
— Надень шлем и пойдем, — сказал он.
Она послушно пошла за ним. Где-то по пути к ним присоединился Тимми. Они спрыгнули с платформы и пересекли железнодорожное полотно. Солдаты Конистонского взвода уже вывели из вагонов лошадей и теперь седлали их. Том посадил Линду на одну из запасных лошадей, а сам сел на гнедого. К ним приблизился майор Гаспар.
— Где вы намерены разместить своих солдат? — спросил он.
— Я их распускаю.
— Лейтенант, они крайне необходимы для обороны.
Том с минуту оставался в нерешительности, поглядывая на две темные шеренги всадников. Затем он попросил показать ему приказ.