— Думаешь, я скрываю от тебя свою истинную любовь? Я гетеросексуальная молодая женщина, Ретт, и некоторые парни привлекательные, но я в безопасности, контролируя себя. Ты — это уже совсем другой разговор, — я с вызовом поднимаю бровь.
— Я потерял контроль, — сдавленно смеясь, он выпускает мое лицо. — Я слетел с
катушек и чувствовал себя неуверенно, и тут появилась она. Я не знаю, — он сконфуженно улыбается. — Она смотрела на меня так же, как ты смотришь на него, поэтому я притворился на некоторое время. С ней.
— Ретт? — я нерешительно шепчу, ожидая ответа, который, уверена, не готова услышать.
— Да?
— Ты влюблен в меня?
Он глубоко вздыхает, встает и предлагает мне руку.
— Я люблю тебя больше, чем кто-либо еще в этом мире, не считая Джареда и Коннера, с которыми ты связана. Я умру за тебя, убью за тебя или убью себя, если тебя не станет в
моей жизни. Время, когда мы были вместе, навсегда останется самым прекрасным и значимым моментом в моей жизни, который я часто вспоминаю. Но нет, я не влюблен в тебя.
Мы снова держимся за руки, и наш шаг ускоряется.
— Тогда зачем ты трахаешь похожих на меня девушек и беспокоишься о моих чувствах к Кэннону?
— Потому что я биполярный, эгоистичный и чертовски созависимый (психология: патологическое состояние, характеризующееся глубокой поглощённостью и сильной эмоциональной, социальной или даже физической зависимостью от другого человека), — он ухмыляется мне краешком губ, игривость снова возвращается во взгляд его темно-синих глаз. — На протяжении семи лет я всегда был номером один в твоей жизни. Я мог развлечься на стороне — это эгоистично, прошу, прости меня — и мне никогда не приходилось волноваться о ком-то, кто прикасается к тебе или забирает тебя у меня. Но сейчас…
— Значит, ты и до этого знал, что я никогда…
— Конечно, — он смеется, покачивая мою руку. — Я знаю о тебе все. Но все равно было приятно услышать, как ты подтверждаешь это вслух.
— Ах ты ублюдок! — я вытягиваю свободную ладонь и шлепаю его по руке. — Это было эгоистично.
— Абсолютно, но это подтверждало то, что я уже знал. Я никогда прежде не волновался, что потеряю тебя. Я знал, что ты не хочешь меня, но до тех пор, пока ты не желала кого-то еще, я был спокоен. Но Кэннон другой. У него есть шанс. И если он им воспользуется, я могу потерять тебя, — он останавливается и притягивает меня к себе. — Ты мой лучший друг, мое лекарство, доказательство того, что не все люди отстой. Я не хочу тебя потерять. — Он судорожно сглатывает, издавая сдавленный, наполненный болью вздох над моей макушкой, там, где прикасается его щека.
Уткнувшись лбом в его футболку, я оборачиваю руки вокруг его талии. Зеваки могут подумать, что мы парочка влюбленных, но это всего лишь проявление нашей особенной доброты и любви.
— Ты никогда не потеряешь меня, Ретт, никогда. И неважно с кем ты спишь, а с кем
я.
— Насчет этого, — он передвигается так, чтобы уловить мой взгляд. — Мое мнение таково, что никто не будет достаточно хорош для тебя. Но если ты решишь, что кто-то достоин тебя, не упускай возможность. Ты красивая и добрая, и заботливая, и воспитывающая. В тебе столько любви, которую ты готова отдать, просто дождись правильного человека. Может, это он, а может, и нет, но ты заслуживаешь шанса выяснить это. Ты достойна того, кто будет шептать тебе на ухо, какая ты сказочная, и кто будет заставлять тебя чувствовать себя любимой. Не слушай меня, Лиз. Мне уже нанесен непоправимый ущерб, этот крест я буду нести всю жизнь. Но ты, — он проводит кончиком пальца по моей щеке, — удивительна и готова начать жить заново. Игнорируй меня, когда я пытаюсь встать на твоем пути. Для тебя это может быть то, что нужно. Ты ему тоже нравишься. — Он смеется и мягко целует меня, эти губы моего прекрасного друга, а затем отстраняется. — Разве может быть иначе?
— Поживем — увидим. Я знаю его всего пару дней. Я бы пока не планировала свадьбу. — Я небрежно пожимаю плечами несмотря на то, что его речь вызвала что угодно, но только не небрежное любопытство. — Но я рада, что мы поговорили. Я до сих пор не уверена, что понимаю все это, но я люблю тебя и никогда не захочу причинить тебе боль или покинуть тебя. Никогда.
— Ты и не сделаешь этого. Но никогда не отказывайся от случайных связей. У нас это было один раз, и посмотри, как замечательно все получилось? Искра загорелась и — бам!
— Неважно, — отмахиваюсь я.
— Люблю тебя, Лиз, всегда.
— Конечно, любишь! А теперь отвези меня обратно и поживей! — я весело кричу и