Принимая это и подражая сирене, которой, по его мнению, являюсь, я нарочито медленно, дразня, поднимаюсь из воды и представляю себя наполненному похотью изучающему взору. Не прерывая наших пристальных взглядов, он облизывает свою нижнюю губу и вытягивает назад руку в поиске полотенца. Его жаждущие глаза поглощают каждый выставленный на показ дюйм моего тела. Сначала его взгляд движется медленно вниз, затем обратно вверх еще более замысловато.
— Ты хочешь услышать что-нибудь приторно сладкое или же мою более мужскую версию?
— И то, и другое, — шепчу я, мужественно держа руки вдоль тела.
— Я никогда не буду в состоянии выбрать самую любимую часть тебя, каждая следующая еще более безупречна и красива, чем предыдущая. Ты абсолютно идеальна, Лиззи. Без сомнения, самая совершенная женщина в мире, внутри и снаружи.
Ошеломленная, я пошатываюсь под натиском этих слов. Он мгновенно оказывается рядом, поддерживая меня, его большие, сильные и заботливые руки обжигают мою кожу там, где прикасаются.
— Спокойно, я держу тебя. Я всегда держу тебя, — с уверенностью произносит он проникновенно, оборачивая вокруг меня полотенце. — Держись.
Он мягко предупреждает меня за секунду до того, как подхватывает на руки и несет в спальню.
Нет, нет, нет. Я попрактиковалась в эротическом обольщении, стараясь привыкнуть к этому, но к такому я еще не готова.
— Как пожелаешь, — он наклоняет ко мне голову и подмигивает. — Эмоционально истощенная и на грани паники — это не то, что меня действительно заводит, малышка. Просто опущу тебя вниз, чтобы ты могла одеться.
— Я ничего не сказала, — отвечаю я, но мой голос звучит жалко в слабой попытке возразить.
— Тебе и не пришлось, — он нежно опускает меня на кровать и отступает назад. — Но однажды это случится. Тебе придется умолять меня остановиться, потому что твое тело не сможет выдержать еще ни секунды наслаждения. А пока, — он наклоняется и целомудренно целует кончик моего носа, — готовься ко сну. Я схожу забрать наши телефоны в случае, если мы понадобимся остальным. Я скоро вернусь, чтобы обвиться своим телом вокруг твоего и держать тебя в объятиях всю ночь.
Он начинает уходить, находясь уже на полпути к двери, когда у меня боязливо вырывается.
— Какую другую версию ты собирался сказать?
Он разворачивается, его поблескивающие глаза и эта улыбка, которую я начинаю обожать — хотя это ложь, она понравилась мне с первого взгляда, как я ее увидела — уже проявляются в полной красе. Он подкрадывается обратно и нависает надо мной, упираясь руками по обеим сторонам от меня, заключая в ловушку, и шепчет так легко, словно шелк, в мое ухо.
— Обещаю, я скажу в ту минуту, когда войду в тебя в первый раз.
И с этими словами он растворяется.
Так же, как я абсолютно безнадежно растворяюсь в Кэнноне Пауэлле Блэквелле.
Знаете, что еще меня осенило? Большинство тех сказок не завершаются фразой «Конец». Они часто заканчиваются мистическими, возможно не такими уж и недостижимыми, «Жили долго и счастливо».
Лежа в кровати, мы все еще не спим, несмотря на то, что впереди нас ждет ранний подъем и важный день. Рядом с Кэнноном я почти забываю о существовании чего-либо еще. Он увлек меня рассказами о своем детстве, говоря часами и давая мне передышку от всего, кроме его успокаивающего голоса, крепких объятий и веселых историй.
— Так тебя исключили? — с удивлением спрашиваю я. — Несомненно, бегать нагишом по полю во время футбольного матча старшей школы несет за собой очень серьезное наказание.
— Отстранение от учебы на два дня и удаление на скамейку запасных на четыре игры. Но это была последняя игра, и я был выпускником, поэтому… да, они не продумали это до конца.
— Сделали ли твои родители эти два дня дома невыносимыми? Мой отец провел бы Коннера через ад, опозорь он его таким способом.
Он хохочет так сильно, что у него чуть глаза не лопаются от смеха.
— Эм, не совсем так. Они ушли на работу, и Лэси пропустила школу, чтобы составить мне компанию, — он игриво подергивает бровями.
— Лэси была твоей девушкой? — он кивает.
— И она прогуляла школу, чтобы прийти и заняться с тобой сексом, пока ты был наказан?
Он смеется, поворачивая ко мне голову.
— Разве это не то, чем занимаются пары в старшей школе? Ты выглядишь шокированной.