Как раз так, как мне нравится.
Я отступаю назад, когда механизм блокировки двери из матового стекла лязгает, и она открывается. Передо мной стоит человек с широко раскрытыми глазами, его худые плечи напряжены и расправлены.
— Господи! Что, черт возьми, произошло?
Я проталкиваюсь мимо него, и кровь и вода капают на кремовую плитку.
— Куда я могу ее положить?
— Куда ты можешь ее положить? — Он закрывает дверь и следует за мной, пока я пробираюсь через приемную в первую операционную. — Ей нужен хирург, а не дантист. Что, по-твоему, я должен с ней делать?
В операционной пахнет отбеливателем и мятой — интересное сочетание, которое не очень хорошо принимают мои легкие.
— Я не жду, что ты что-то сделаешь, — опускаю Кэмми на черный стул, не собираясь убирать с ее лица мокрые волосы. — Где Бо? Он уже здесь?
— Нет, его еще нет, — брат Бо сложил свои тонкие руки на худой груди. — Ты же понимаешь, что это стоматологическая клиника. А не чертова больница.
— Да, — нажимаю кнопку откидывания на консоли и укладываю Кэмми. — Но стоматологи используют швы, верно?
— Да.
— И физраствор? И перекись?
— Ну, да, но...
Я смотрю на него, а его взгляд скользит к ножу, заткнутому за пояс моих штанов. Это единственное оружие, которое у меня есть, кроме винтовки в багажнике. Кэмми уничтожила мой пистолет, когда прыгнула в бассейн, который я, как дилетант, оставил. К счастью, он не зарегистрирован ни на меня, ни на Моретти.
— Значит, я в правильном месте.
— Это то, ради чего Бо хотел, чтобы я оставался открытым? Нет. Абсолютно точно нет. — Он указывает на дверь, и я вижу пятна пота в складках его бледно-голубой рубашки. — Если ты сейчас же не уйдешь, я вызову полицию.
Я прищуриваю глаза, и он тяжело сглатывает, его крошечный кадык слегка подрагивает.
— Давай.
Попробуй.
— Не обращай на него внимания. Он дантист.
Натан вздрагивает, и я поворачиваюсь на пятках, выхватывая нож. Подняв руку в перчатке, Бо останавливается как вкопанный, мой нож в трех четвертях дюйма от его горла. Так. Блядь. Близко. Я не помню, когда в последний раз кто-то подкрадывался ко мне.
Сегодня я слишком небрежен. Сначала позволил Кэмми отвлечь себя, а теперь Бо? Если не возьму себя в руки, это может плохо кончиться.
Бо поджимает свои тонкие розовые губы и опускает руку. Выдохнув, как можно тише, я опускаю руку и убираю нож обратно за пояс.
Натан хмурится на Бо.
— Что это значит?
— Все знают, что дантисты — мудаки по умолчанию.
— Чушь.
— О, да? — Бо переходит на сторону Кэмми, отодвигая с дороги станцию с отсосом, и роняет на пол свою черную сумку. — Сколько ассистентов у тебя сменилось за этот месяц, Натан?
Натан смотрит на Бо своими темно-карими глазами.
— Я не говорю тебе, как вести твой бизнес, так что не говори мне, как вести мой.
За исключением непрекращающихся препирательств, вы не сможете сказать, что Бо и Натан — братья. Натан — невысокий, стройный брюнет, а Бо — блондин с крепким телосложением.
Я одинаково ненавижу их обоих.
— Сними с нее одежду. Мне нужно будет осмотреть каждую рваную рану. Сколько, ты сказал, их было?
— Немного, — произношу. Берусь за воротник комбинезона Кэмми и разрываю его посередине, прежде чем вытащить из него руки и ноги, обнажая ее черное кружевное нижнее белье. — Больше всего меня беспокоит порез на внутренней стороне ее бедра.
Бо захватывает ее ногу за колено и поднимает ее вверх. Кровь продолжает вытекать, но уже не с такой скоростью, как раньше.
— Судя по всему, ей понадобится переливание крови. Ты знаешь группу крови?
Отпустив ее, он наклоняется, чтобы покопаться в своей сумке. Выкладывает разные виды крови на ближайшую к нему скамейку, канюлю тоже. Я знаю о Кэмми все. Знаю, в какую начальную школу она ходила, список ее аллергий, и когда в последний раз делала гребаный мазок. Знать цель вдоль и поперек — это часть моей работы.
— Четвертая отрицательная.
Бо перестает копаться и откидывает голову назад.
— Конечно, блядь, отрицательная.
— Четвертая отрицательная — это...
— Самая редкая группа крови. Мы знаем, Натан, Господи! — Бо встает, проводит пальцами по волосам. — Почему ты все еще здесь? Разве тебе не нужно чистить зубы?
— Сейчас десять часов. Никто не нуждается в осмотре и чистке так поздно.
Закатив глаза, Бо смотрит на меня, пораженный.
— У меня нет четвертой отрицательной, Стефан.
Я пожимаю плечами.
— Так используй первую отрицательную.