— Курение вредно для тебя, разве ты не знал?
Я даже забыл, что держу сигарету.
— Спасибо за совет, доктор Коннорс.
Ухмыляясь, она выхватывает сигарету из моих пальцев и помещает ее между своими мягкими губами. Она вдыхает, втягивая дым в легкие, а затем выдыхает его на выдохе.
— Ты такой жёсткий, опрятный и идеальный, — говорит Кэмми, протягивая мне сигарету. — Я не думала, что ты куришь.
Я качаю головой, так как от только что сделанной затяжки у меня сводит живот. Она пожимает плечами, делает еще одну затяжку, откидывая голову назад.
Мой взгляд падает на ее тонкое горло, и я вспоминаю, сколько раз кусал, целовал и облизывал его прошлой ночью. Я был осторожен, чтобы не оставить никаких следов, на случай, если решу вернуть ее обратно.
— Нет. То есть, курил, но бросил.
Она улыбается, обнажая свои белые зубы.
— Значит, напряженные времена?
Я смеюсь один раз.
— Ты даже не представляешь.
Кэмми низко наклоняется и тушит сигарету об пол у своих ног. Когда выпрямляется, поворачивает голову в сторону двери, и я следую за ней обратно в дом, где она выбрасывает окурок в мусорное ведро на кухне. Бросив пачку сигарет в мусорное ведро, прислоняюсь к столешнице, сложив руки на груди, пока она моет руки и полощет рот.
Мой телефон вибрирует в кармане снова и снова, но я не обращаю на него внимания. Мне нужно принять решение сейчас. Кинуть Моретти, забрать Кэмми и убраться отсюда к черту или... сделать то, что лучше для моего бизнеса, вернуть ее жениху и сделать вид, что ничего этого не было.
Я не могу оставить ее. Даже если бы мне удалось убедить Кэмми вернуться со мной в США, она не смогла бы работать, а я знаю, что Кэмми любит свое дело. Не говоря уже о том, что в Штатах за мной охотятся опасные люди. У меня больше врагов, чем друзей.
— Кэмми...
Слова, которые я собирался сказать, застревают у меня в горле, когда ее взгляд встречается с моим. Блеск в глазах исчезает, когда Кэмми смотрит на меня, ее легкая улыбка сползает. Я вижу, как по ее лицу пробегает ужас, и она прижимает руку к животу.
— Мне не нравится, как это звучит, — говорит Кэмми, нервно посмеиваясь.
— Я должен отвезти тебя обратно к Кристиано. Сегодня вечером.
Кровь отливает от ее лица, и это словно удар в живот. Она отворачивается от меня, переводя свои широко раскрытые глаза на столешницу.
— Ох.
Я не могу удержаться. Хватаю ее. Маленькое тело напряжено, и я держу ее крепко, но она все равно как будто ускользает.
— Я не хочу этого, Кэмми. Ты знаешь, что не хочу, но...
— Моретти, — бормочет Кэмми, умудряясь втиснуть свои руки между нами.
Кэмми толкает меня в грудь, и я вздрагиваю от ощущения боли глубоко внутри. Вопреки себе, несмотря на то, как крепко хочу обнять ее, я отпускаю ее. Она отворачивается от меня, сосредоточившись на чем-то в раковине, и моргает своими длинными ресницами, как будто сдерживая слезы.
— Что будет, если ты не отдашь меня обратно? — Она поднимает голову в мою сторону, и ее слезящиеся глаза, блядь, убивают меня.
— Если я не сделаю этого... мы оба мертвы.
Я не боюсь Руссо, но у Франко Моретти есть некоторые контакты, которые могут заставить меня попотеть.
Кэмми что-то ищет на моем лице. Я не знаю, что. Изо всех сил стараюсь передать на лице бешеное состояние своих эмоций, чтобы она увидела, как мне тоже тяжело. Видимо, мне это не удается, потому что ее лицо искажается в замешательстве.
— Вчера вечером ты сказал, что я могу остаться здесь с тобой. — Кэмми морщит свой тонкий нос. — Ты знал, чего хотел Моретти, когда говорил мне это?
Вижу это на ее лице, надежду на то, что я не солгал ей, когда она была наиболее уязвима.
Я солгал.
— Я хочу остаться здесь, — говорит Кэмми, и то, как ее красивый, лёгкий голос обволакивает мои уши, когда она говорит, наполняет меня чувством, которого я не испытывал уже очень давно. Счастье. Настоящее счастье. — Я хочу остаться здесь с тобой.
Кэмми проводит руками по моим бокам, трогая и оценивая каждый кусочек плоти, которого касаются кончики ее пальцев. Я не должен поощрять это. Не должен поощрять ее, но я никогда в жизни ничего так сильно не хотел.
Я буду сожалеть о следующих словах, которые вылетят из моего рта, потому что это ложь. Все до единого.
— Так оставайся… — Я облизываю ее пухлую нижнюю губу. — Со мной.
Я вытесняю воспоминания из головы и прислоняюсь спиной к столешнице.
— Да. Я знал.