Я так долго смотрю на экран, что забываю моргать. Но ответа нет. Он даже не прочитал мое сообщение.
Я прокручиваю назад до сообщений Меган, которые она прислала рано утром, и замираю.
Меган: О БОЖЕ, О БОЖЕ, О БОЖЕ!!! Ты не поверишь, что произошло прошлой ночью!
Меган: Машина Престона упала с обрыва И взорвалась. Кейн и Джуд тоже были на месте происшествия.
Меган: Девочка!!! Где ты!!!
Телефон с грохотом падает на стол, и я поднимаю его дрожащими пальцами.
Мое лицо горит, и волна паники сдавливает горло, дыхание становится прерывистым.
В груди взрывается то мрачное чувство, которое я испытывала, когда узнала о нападении на Ви.
Страх.
Я могу думать только о том, как видела его в последний раз. Вчера утром.
Когда он улыбнулся и помахал мне рукой.
А я посмотрела на него с презрением, а потом проигнорировала.
Я даже весь день не обращала на него внимания, заперлась в своей комнате и читала скучную медицинскую книгу, потому что не могла перестать думать.
Потому что я была слишком поглощена своими мыслями, чтобы смотреть ему в глаза.
И теперь это?
Я знаю, что мне не везет, но не настолько же. Это просто невозможно.
Не знаю, как мне удалось набрать Меган сообщение.
Далия: Они в порядке?
Меган: О БОЖЕ. НАКОНЕЦ-ТО. Не знаю. Я точно уверена, что трое были вместе до того (или после?), как машина упала с обрыва и взорвалась. Вся команда в панике, как и следовало ожидать, потому что у них нет никакой информации, а Райдер не отвечает на мои звонки.
Далия: Ни от кого нет новостей?
Меган: Нет, наверное, потому что их семьи это контролирует. Но ходят слухи, что капитан «Волков» стоял на смотровой площадке и смотрел на все это с попкорном. Этот сукин сын Маркус однажды за это поплатится.
Маркус.
Конечно, это чертов Маркус.
Всем известно, что его отец никогда не признавал его, и единственная причина, по которой он носит их фамилию, — это то, что дед хотел какую-то гарантию на будущее.
Однажды я спросила его:
— Ты их ненавидишь?
Маркус только ухмыльнулся, глядя в небо.
— Ненавижу? Нет. Они не заслуживают таких эмоций. Я все равно уничтожу каждого из них, пока все их драгоценные наследники не окажутся раздавлены под моими ногами. Просто потому, что я могу это сделать.
Я думала, он блефует.
Как он, такой ничтожный, как я, может хотя бы приблизиться к Богам, не говоря уже о том, чтобы раздавить их?
Но это происходит.
Это он.
Он так долго скрывался в тени, но наконец-то начал действовать.
Я поднимаю голову и смотрю на сестру.
— Ви, я… я…
— Тебе нужно вернуться. Я понимаю, — она улыбается, хотя ее лицо побледнело. — Я поеду с тобой.
Через пару часов я снова в городе, в который, как я думала, никогда больше не вернусь.
На этот раз с Ви.
Она осталась с Меган, которая осыпает ее любовью и тысячей вопросов.
Но, к моему огорчению, моя соседка по комнате по-прежнему не знает, что происходит, кроме слухов, каждый из которых хуже предыдущего.
Говорят о том, что вывозят тела.
Раненых нет, только трупы.
Я отказываюсь об этом думать и беру такси до дома Девенпортов. Водитель не может проехать через ворота Рейвенсвуд-Хилл, но я могу, так как Хелена внесла меня в список. Надеюсь, я все еще в нем.
Я выскакиваю из машины и бегу до дома.
Ноги горят, сердце забилось в горле, но я продолжаю звонить Кейну и слышу только: «Абонент недоступен».
С каждым неудачным звонком мой мозг затуманивается, и я с трудом сдерживаю слезы.
Когда я добегаю до больших ворот, я задыхаюсь. Платье прилипло к спине, а новые белые кроссовки — одни из дюжины, которые Кейн подарил мне на Рождество — начинают натирать мозоли.
Я стучу по твердому металлу, руки жжет.
— Есть кто-нибудь? Откройте дверь!
Вдали появляется гольф-карт, и ворота медленно со скрипом открываются.
Самуэль.
Он останавливает карт передо мной.
— Если бы вы позвонили заранее, мы бы организовали более теплый прием. Пожалуйста, садитесь, мисс Торн.
Как только я сажусь рядом с ним, я выпаливаю:
— Где Кейн?
— Недоступен.
— Что значит «недоступен»?
— Я не имею права рассказывать.
Самуэль не говорит ни слова, сколько бы раз я ни спрашивала его о Кейне.
Он просто везет меня к другому входу в сад и останавливается.