Я почти забыла, насколько он большой.
Почти.
Он сжимает свой член перед моим ртом, как будто это оружие, и я тяжело сглатываю. Его левая рука сжимает мои волосы, собирая их в хвост и откидывая мою голову назад.
— Ты накрасила эти губы красной помадой специально для меня?
Я покачала головой, как зачарованная.
Он коснулся моего рта головкой члена. Один раз.
Второй.
— Хм. Тогда для кого?
Его предэякулят пачкает мои губы и стекает в рот, пока я не чувствую солоноватый привкус на языке.
— Неважно, — он шлепает меня по губам своим членом. — Я все равно размажу эту красную помаду. Открой рот.
В горле пересыхает, и, будто загипнотизированная, я приоткрываю рот.
После того, что я подслушала сегодня вечером, бесполезно сближаться с кем-либо еще. Он явно самый сильный член команды и, вероятно, всего кампуса.
Я могу сблизиться с ним и использовать его через секс.
Но правда в том, что я сама жажду попробовать его на вкус.
Я никогда не любила оральный секс или минет, но это другое.
Что-то нереальное.
Как будто я хочу сделать с этой загадкой все, что угодно.
Раньше я делала минет только потому, что чувствовала, что должна. Потому что парням нужно отсосать, чтобы они возбудились.
Но не сейчас.
Сейчас мои бедра трутся друг о друга в предвкушении.
Кейн толкается мне в рот.
— Шире. Высунь язык.
Я слушаюсь, пытаясь приспособиться к его размерам, но он большой как в длину, так и в ширину. Моя челюсть болит, и мне трудно не задевать его зубами, но мне удается взять значительную его часть по сантиметру за раз.
— Ты так хорошо берешь мой член. Ты ведь позволишь мне трахнуть твой ротик и кончить в твое прекрасное горло, верно, Далия?
У меня звенит в ушах всякий раз, когда он произносит мое имя этим слегка хриплым тоном.
В ответ я лижу его и обхватываю обеими руками основание, поворачивая и подстраиваясь под ритм своим языком. Время от времени я вытаскиваю его, чтобы полизать и пососать головку.
То, что я никогда не любила минет, не означает, что я не умею его делать. Я смотрю на Кейна, когда лижу, кручу и дрочу его твердеющий член.
Темнеющий взгляд в его глазах заставляет меня еще больше стараться. Черт, это меня возбуждает.
И я знаю, что это возбуждает и его, потому что он продолжает твердеть в моей руке.
— Кто научил тебя так сосать? — спрашивает он низким, хриплым голосом.
— М-м-м, — говорю я, прижавшись к его плоти, а затем целую головку и сосу ее. — Тебе нравится?
Он дергает меня за волосы, пока боль не пронзает кожу моей головы.
— Нет. Я сейчас усну.
Мое сердце падает в пятки.
Он отталкивает мои руки от своего члена и хватает его.
— Открой рот.
Я делаю, как он говорит, и он входит до конца, заставляя меня подавиться воздухом. Слезы наворачиваются на глаза, и мне начинает казаться, что он закончил играть со мной и теперь избавится от меня.
— Вот, — я чувствую, как он становится больше и тверже. — Вот так нужно сосать мой член.
В ушах звенит, и я чувствую, что сейчас упаду в обморок, но он не останавливается. Я всхлипываю и давлюсь своей слюной и его предэякулятом, но его крепкая хватка на моих волосах не позволяет мне двигаться.
— Еще раз. Открой рот.
Я задыхаюсь, но слушаюсь. Я не хочу быть ему обязана за этот оргазм и уж точно не хочу показаться слабачкой. Я могу подарить ему такое же удовольствие, какое он подарил мне.
Мои губы открываются сами собой, пока я держусь за его бедра.
Еще один глубокий толчок, и на этот раз слезы текут по моим щекам, пока он трахает мое горло, лицо, рот, заставляя меня задыхаться и давиться слюной. Он использует мой язык для трения, входя в меня с такой доминирующей силой, что я вся мокрая.
Нет никакой причины, по которой я могу быть так возбуждена, когда он использует меня, но, думаю, в этом причина и заключается.
Тот факт, что он использует меня как средство для своего удовольствия, вызывает во мне странное ощущение.
— Ты выглядишь чертовски прекрасно, стоя на коленях, дикий цветок, — он толкается внутрь и наружу, заставляя меня смотреть на него. — Ты так хорошо давишься моим членом. М-м-м. Хорошая девочка.
Мое сердце замирает, и я думаю, что его слова заставят меня кончить или сделать что-то столь же нелепое.
Его ритм ускоряется, хриплые, глубокие стоны эхом разносятся по комнате, и я с полным очарованием наблюдаю, как он запрокидывает голову, закрыв глаза, как Бог секса.
Его сперма выстреливает мне в горло, густая и обильная.