— Меня зовут Далия, и это не твое дело.
— А я хотела подвезти тебя. Из милосердия, конечно же.
— Нет, спасибо, — я оглядываюсь по сторонам на случай, если мотоцикл куда-то переставили.
— Ты не можешь мне отказывать. Когда я приказываю, ты подчиняешься, сучка.
Я поворачиваюсь к ней, собираясь высказать ей все, что думаю, но за моей спиной появляется тень.
Не успев понять, кто это, что-то укалывает меня в руку.
Я тянусь к ножу, который всегда ношу в сумке, но он падает на землю.
— Ты… — я не могу произнести ни слова, и перед глазами темнеет.
Последнее, что я вижу, — злобная улыбка Изабеллы, а потом мир погружается во мрак.
Глава 14
Далия
Мягкий голос мамы звучит в моих ушах, когда мои веки закрываются, мерцая в том сказочном месте между бодрствованием и сном.
— Мамочка? — шепчу я, но не уверена, что звук слетает с моих губ.
Голова тяжелая, а конечности как будто парализованы, словно я прикована к жесткой кровати. За покрасневшими веками смутно проступают нежные черты маминого лица, но ее успокаивающий голос продолжает звучать в темноте.
Засыпай, моя милая, ночь за окном,
Укачает тебя тихим ласковым сном.
Море вздыхает, ветер поет,
Ты в лунном сиянье легко поплывешь.
— Ты пришла за мной, мама?
Мозолистая рука ложится на мою, и она перестает петь.
— Ты хочешь, чтобы я за тобой пришла, дорогая?
— Я так устала, мамочка. Это так утомительно.
— Тогда иди к нам.
— Дал! — раздается знакомый голос, в котором обычная мягкость сменяется панической тревогой.
— Ви?
— Не бросай меня, Дал. Мы обещали быть семьей друг для друга. Далия! Далия, пожалуйста! У меня есть только ты.
Море вздыхает, ветер поет,
Ты в лунном сиянье легко поплывешь.
Колыбельная мамы эхом разносится вокруг меня, смешиваясь с криками Вайолет, пока мои органы чувств не взрываются в безумном хаосе.
Я открываю глаза.
Первое, что я вижу, — белый потолок с плесневелым пятном в углу.
Я пытаюсь сесть, но мои конечности такие тяжелые, что голова снова падает назад.
Жарко.
Мне так жарко, что в горле пересохло, и я чувствую, будто моя одежда — мой злейший враг.
Где я?
Что случилось?
Я оглядываюсь по сторонам. Небольшая белая комната, полностью стерильная, за исключением металлической кровати, на которой я лежу.
В помещении полутемно, оно залито мягким янтарным светом, который отбрасывает длинные мерцающие тени на стены. Все кажется не так. Туманно. Воздух вокруг густой, давит, душит своей тяжестью.
Я снова пытаюсь встать, но мое тело как будто привязано невидимыми веревками.
Мир вокруг меня плывет, размываясь по краям. Затем мои чувства возвращаются резкими, раздражающими фрагментами. Невыносимая жара распространяется по моей коже, как огонь, разгорающийся изнутри.
Сердце стучит в ушах, каждый удар громкий, пульсирующий в венах.
Каждое прикосновение ткани пронизывает меня дрожью, усиливая жгучий жар.
Я делаю вдох, но грудь сдавлена, дыхание поверхностное и прерывистое. Каждый раз, когда я глотаю, в воздухе и в горле витает слабый запах пота и чего-то острого.
Кровать подо мной мягкая, контрастируя с напряжением, сжимающим мои мышцы.
Что-то не так.
Мое тело слишком горячее, мысли слишком вялые. Кожу покалывает, каждый сантиметр моего тела не в ладу с собой, но при этом слишком чувствителен ко всему.
Воздух словно пальцы, скользящие по мне, дразнящие, вытягивающие тепло, которое нарастает с ошеломляющей скоростью.
Я пытаюсь снова пошевелиться, но чувство, будто я оторвана от своего тела, конечности едва реагируют на сигналы мозга.
У меня пересохло во рту, мысли кружатся в голове, но все окутано густым туманом желания, которое я не могу остановить.
Бьющееся сердце заглушает мои мысли и слабый гул в воздухе, который пульсирует в такт с моим пульсом.
Ноги сжимаются, и это усиливает давление. Я чувствую, как становлюсь влажной. Кожа горит от боли, которую я никогда раньше не испытывала.
Дверь открывается, и я смотрю вверх, когда входят двое мужчин в знакомых серебряных масках.
— Кто… кто вы?
О боже. Почему мой голос звучит так хрипло и отчаянно?