— Здравствуй, мама.
Я стою и наблюдаю за разницей в росте и размерах между ними. Удивительно, что такая хрупкая женщина родила такого зверя.
Вблизи ее черты лица говорят о том, что в молодости она была настоящей красавицей. Морщины на ее лице свидетельствуют о ее тяжелой жизни.
— А это…? — она смотрит на меня с любопытством, ее глаза гораздо мягче и добрее, чем у ее сына.
Так дело не в цвете.
— Далия, — говорит он, не глядя на меня.
— Твоя девушка?
— Не…
— Да, — прерывает он меня, бросая на меня гневный взгляд.
Боже. Какая напряженность.
— Здравствуйте, — я вытираю потную руку о толстовку, а затем протягиваю ее ей. — Приятно познакомиться, миссис Девенпорт.
— Зови меня просто Хелен.
Она улыбается.
— Я впервые встречаюсь с девушкой Кейна.
Я украдкой смотрю на него, но он стоит, выпрямившись как статуя, с руками в карманах.
Она протягивает мне коробку.
— Если хочешь, можешь взять это домашнее печенье. Раньше Кейн их очень любил. Я плохая мать и не знала, что он их больше не ест.
Мне интересно, что она имеет в виду под «плохая мать», но я, определенно, не могу спросить ее об этом прямо, поэтому просто забираю у нее коробку.
— Спасибо. Я обожаю печенье.
— О, рада это слышать.
Боже, когда я вижу таких мам, как она, я скучаю по своей. Она пекла самое вкусное печенье и даже позволяла мне устраивать на кухне беспорядок.
Небольшие обрывки воспоминаний.
Потерянных воспоминаний.
Кейн не знает, что у него есть то, о чем многие из нас мечтают — заботливая, любящая мать.
Человек, на которого можно положиться, когда становится тяжело.
— Мы собираемся в университет, мама, — ровный, бесчувственный тон Кейна прерывает момент. — Если это все, то…
— О, конечно. Прости, что побеспокоила, — выпаливает Хелена, словно ходя на цыпочках вокруг сына.
Он даже называет ее мамой. Это очень бесчувственно.
Печально, что такие люди, как я, тоскуют по матери, которой у них нет, а Кейн, у которого мать есть, кажется, не обращает на нее никакого внимания.
Подозреваю, что он никого не любит.
— Я провожу вас, — я иду рядом с ней, но Кейн исчезает в коридоре, как будто не хочет проводить с ней ни минуты больше.
Когда мы доходим до двери, я неловко говорю:
— Простите Кейна. Не знаю, что на него нашло.
— Не стоит, — она мягко улыбается и поглаживает мою руку. — Я думаю, ты хороший человек, Далия. Позволь мне дать тебе совет.
— Да?
— Беги, пока можешь. Как только ты ввяжешься в это, никогда больше не сможешь сбежать.
Глава 17
Далия
Два дня спустя Кейн прислал мне приглашение на вечеринку.
Не на обычную вечеринку.
А на вечеринку только для избранных.
Сказать, что я хотела бы пожать себе руку, было бы преуменьшением. Я знала, что терпение в конце концов приведет меня сюда.
В Рейвенсвуд-Хилл.
Армстронги устраивают это мероприятие в своем роскошном особняке.
Охрана в этом закрытом поселке очень строгая, и мое приглашение пришлось просканировать специальным инфракрасным аппаратом, а меня тщательно обыскали на наличие оружия.
Хотя в приглашении было указано, что нужно одеться формально и надеть маску «Венкора», мне пришлось снять ее из соображений безопасности, а потом снова надеть.
Что касается одежды, то я надела платье, которое нашла в коробке, отправленной вместе с приглашением.
Платье — это чистый грех, глубокий темно-красный цвет, облегающий каждый изгиб, как пропитанный кровью шелк. Разрез на ноге заканчивается чуть выше левого колена, дразня при каждом шаге. Роскошная ткань облегает талию, декольте достаточно глубокое, чтобы балансировать на грани элегантности и опасности.
Оно мне очень идет. Слишком хорошо, на самом деле.
Тот факт, что Кейн знает мой размер, пугает.
Я спрятала приглашение, но не смогла скрыть платье от Меган. Она полчаса восторгалась тем, как я выгляжу и как прекрасно платье.
Ах да, еще были черные дизайнерские туфли, в которых я с трудом хожу.
По словам Меган, платье и туфли стоят не менее двадцати тысяч долларов. Я могла думать только о том, как эта сумма могла бы помочь в лечении моей сестры.
Хотя мне неловко от такого подарка и я планирую вернуть его сразу после вечеринки, я не могла прийти на свое первое мероприятие в «Венкоре» в неподходящем наряде.
Я также благодарна за маску. По крайней мере, так анонимность в некотором смысле защищает меня.