Райдер: Тебе повезло, что у тебя есть сексуальная подружка. Вот адрес.
Он присылает мне место, а я в ответ отправляю номер Меган.
Райдер: Круто!
Райдер: И не говори капитану, что это я прислал тебе адрес. Он и так в последнее время не в себе. Не хочу попадать ему под горячую руку.
Далия: Не волнуйся.
Я выхожу из чата с Райдером и открываю новый с контактом под названием «Двухнедельная ошибка».
Далия: Ты в настроении для небольшой драмы?
Двухнедельная ошибка: Всегда.
Позже тем же вечером я прихожу в клуб, обняв Маркуса за плечи.
Он сам решил прийти сюда, зная, что здесь полно «Гадюк», но если я в чем-то уверена насчет Маркуса, так это в том, что ему плевать на всех.
Включая меня.
Он здесь только для того, чтобы сеять хаос, как он это делает везде, где бы ни появлялся.
Клуб пульсирует жизнью, низкий гул музыки вибрирует в стенах и под кожей. Воздух насыщен перебивающимся запахом алкоголя и духов.
Неоновые огни мигают над головой, прорезая дым, висящий в воздухе, и окрашивая комнату в оттенки зеленого и красного. Здесь тесно, полно людей, раскачивающихся в такт басистому ритму, который доносится из динамиков и громко стучит по стеклянным бутылкам, выстроенным за барной стойкой.
Я вхожу в дверь, стук каблуков заглушается музыкой, и я чувствую, как на меня смотрят.
Меган снова превратила меня в лебедя. Жирная подводка для глаз, дымчатые тени и красные губы. Она также настояла, чтобы я надела зеленое платье, которое не подошло ей.
Оно облегает мое тело, шелковистая ткань скользит по коже при каждом шаге. Оно смелое, с глубоким вырезом, открытой спиной и разрезом, который больше дразнит, чем показывает.
Оно создано, чтобы привлекать внимание.
Оно также является посланием — я надела платье, которое он мне купил, когда пришла с другим мужчиной.
И не с кем-нибудь.
А с Маркусом Осборном — заклятым врагом всей команды «Гадюк» и напоминанием об их недавнем унижении.
Он стоит рядом со мной, но это только для вида. Его рука властно лежит на моей талии, и я позволяю ему. Его тело прижимается к моему, когда он наклоняется, чтобы шепнуть:
— Это только мне кажется, или ты теперь чаще стараешься выглядеть так чертовски сексуально?
— Надо было думать об этом, когда я была твоей, а не пытаться пустить меня по кругу со своими друзьями.
Он смеется, и его смех заглушает гулкая музыка, когда мы останавливаемся у бара.
Там полутемно, мерцает неоновый фиолетовый свет, и оживленно слоняются люди, перекрикивающие музыку.
— Ты все еще злишься из-за этого, Далия? Я же сказал тебе, что не вступаю в отношения. Они чертовски утомительны, и я отпустил тебя, разве нет? Но, может, я попробую соблазнить тебя снова сегодня вечером.
— Этот поезд уже ушел.
— Понимаю. Но Девенпорт — такой скучный выбор. Ты могла бы найти кого-нибудь поинтереснее.
— А кого ты считаешь интересным?
— Принца, — он улыбается, поднимая бокал в сторону второго этажа. — Хотя, если подумать, кого угодно, только не принца.
Мои уши навостряются, и я чувствую, как тяжелые взгляды обнажают меня и царапают кожу.
Когда я следую за взглядом Маркуса, я вижу почти всю команду «Гадюк» в VIP-ложе наверху. Некоторые танцуют, но многие стоят у стеклянной перегородки и хмуро смотрят на Маркуса.
Все, кроме Престона, который скучно потягивает свой напиток. И Райдера, который морщится, глядя на меня.
Но кто смотрит на меня самым злобным взглядом? Тот, кто, кажется, вот-вот взорвется?
Кейн.
Он выглядит таким жестоким и властным в черных брюках и белой рубашке-поло с зачесанными назад волосами. Он смотрит на меня с холодной интенсивностью, сжимая пальцы вокруг стакана.
А Изабелла стоит рядом с ним, проводя когтями по его воротнику.
Но все его внимание сосредоточено на мне.
Глаза горят.
Губы слегка сжаты.
Я почти чувствую, как его рука обхватывает мою шею, сжимая ее, а он шепчет мне на ухо горячие, злые слова.
И я улыбаюсь.
Я заставлю его пожалеть о том, что он сказал. О том, что он сделал.
Если ему все равно на меня, как он сказал в тот день, почему он выглядит так, будто вот-вот отрубит Маркусу голову в духе средневековья?
— Ого, — смеется Маркус. — Я чувствую враждебность. О боже. Они так сильно меня ненавидят, да?
— В их защиту скажу, что ты по умолчанию вызываешь ненависть, — я смотрю на него и делаю вид, что улыбаюсь его словам.