— Националите?
— Русский.
— Добже, — сразу перешёл на польский язык капрал-шеф. — Давай пашпорт и мешкай тутай.
Отдал оба паспорта, сел на стул, вытянул ноги и расслабился. Прибыл.
Глава 33
Мне форму новую дадут,
Научат бить из автомата.
Когда по городу пройду,
Умрут от зависти ребята…
Ферма. Это конечно не животноводческая ферма, но что-то общее, несомненно, существует. Нас выгрузили из двух покрытых брезентом военных грузовиков высоко в горах, рядом с двухэтажным, длинным домом и естественным полигоном в виде лесного массива. На первом этаже — помещения сержантского состава, учебный класс, оружейная, столовая, душ. На втором — казармы. Спали в спальных мешках, безо всяких постельных принадлежностей.
Бегали очень много. Стреляли пореже. Ели ещё реже, хотя поначалу наедались вполне. В первые дни капралы постоянно предлагали добавку. Многие не отказывались. Ближе к концу фермы оказалось, что количество пищи строго нормировано и рассчитано ровно на месяц. Пожалели, что поддались на уловку командиров и слопали почти всю норму раньше срока. Это те, кто лопал, а те, кто не брали добавку, пожалели вдвойне и озлобились на первых.
Носились по горам, как в спортивной форме, так и с полным комплектом обмундирования и оружия. Днём и ночью. При жаре до плюс сорока градусов. Стреляли на стрельбище, расположенном неподалёку, иногда попадали по мишеням. Качество Фамасов было ещё тем…
Спустя три недели всё воинство имело весьма жалкий вид. Спали на ходу, ели всё, что попадалось под руку — ягоды, какие-то дикорастущие фрукты. Отощали и еле передвигали ноги.
В конце месяца, для того чтобы получить кепи-бланш (белую кепку), необходимо было преодолеть марш-броском двести с лишним километров.
Выбежали с фермы вечером. Я, Миха и Роберт держались рядом. Роберт вообще в конце фермы стал почти русским. Мы его, по крайней мере, чужим не считали. На следующий день секцион растянулся почти на километр. Итальянец Сержио уронил берет и теперь, по правилам, продолжал движение в тяжёлой каске. Вскоре он упал, и два поляка — Лёлек и Болек, как их называли по аналогии с героями известного мультфильма, потащили итальянца на себе. Я больше не переговаривался с бывшим российским десантником, а просто старался не сбивать дыхание, и мы оба с завистью наблюдали за тем, как премьер-класс Красимир Здравков на ходу, как ни в чём не бывало, подкуривает сигарету.
Всё мокрое. Пот залил глаза, рот и струился горячей вонючей струйкой под уже грязную комбу. И вдруг на опушке секцион останавливают. Стоять нельзя, тем более садиться на траву — потом не встанешь. Легионеры топчутся на месте, ждут очередного приказа. Посреди опушки горит костёр, на костре огромный котёл, в нём что-то кипит.
Возле костра сержанты, несколько офицеров и мужик с нашивками колонеля (полковника) — командир реджимента. Колонель произносит пространную речь. Капрал Саша переводит еле слышно на русский язык для особенно бестолковых.
— Столько-то лет назад, в Мексике, — мужик рассказывает и машет хлыстом в такт словам; бойцы, почуяв запах кофе, с нетерпением ждут, когда он, наконец, закончит. — Сто пятьдесят легионеров стояли насмерть против десяти тысяч мексиканских солдат. Бой продолжался несколько дней…
Колонель рассказывает, ему нравится находиться в центре внимания. Мы просто хотим кофе, у многих вода во фляжках закончилась ещё утром.
— Отбив очередную атаку, уставшие легионеры поставили на огонь воду, в надежде подкрепить слабеющие силы горячим кофе…
Мужик толкает речь, мы нетерпеливо переминаемся с ноги на ногу. Нынешние воины тоже не прочь подкрепить силы.
— И в тот момент, когда легионеры собрались разлить горячий кофе по своим фляжкам…
«Когда же ты закончишь, балабол?» — про себя спрашиваем мы.
— В этот самый момент… Прямо в котёл… Попал… Вражеский снаряд! — колонель заносит ногу и пинком опрокидывает огромный сосуд. Кофе с шипением выливается в огонь. Весь секцион одновременно выдыхает воздух и шепчет одно и то же слово, но на разных языках:
— Пи. рас!!!
Через минуту легионеры бегут дальше. Колонель садится в машину и уезжает в расположение.
На следующий день, в реджименте, куда мы с горем пополам всё же добрались, нам дают отдохнуть пять минут, потом отправляют в душ, переодевают в парадную форму и на плацу, в присутствии того же колонеля, вручают кепи-бланш. Теперь мы точно легионеры.